Жорж Санд Царского Села

Участковый педиатр №04 2014 - Жорж Санд Царского Села

Номера страниц в выпуске:27
Для цитированияСкрыть список
Жорж Санд Царского Села. Участковый педиатр. 2014; 04: 27
Сегодня никто не удивится встрече с женщиной-хирургом, а уж женщина-врач так и вовсе рутинное явление. И мало кто помнит, что еще в начале XX в. женщине в России было почти невозможно стать врачом, а уж хирургом, активно оперирующим хирургом, военным хирургом с многочисленными наградами, ученым с эксклюзивными разработками – просто невероятно. И все же такая женщина существовала, и звали ее Вера Игнатьевна Гедройц. О ней, личности выдающейся и уникальной, часто упоминали на страницах газет: превозносились ее личное мужество, научные труды, дружба с императорской семьей.

Княжнам негоже врачевать

Вера Игнатьевна происходила из старинного литовского княжеского рода Гедройц. Родилась она в 1870 г. в селе Слободище. Училась в Брянской прогимназии, затем на медицинских курсах П.Лесгафта в Петербурге. После сдачи экзаменов Лесгафт посоветовал Вере уезжать за границу и поступать в университет, потому что в России женщины не имели права получать высшее образование. Сразу осуществить мечту не получилось – за участие в революционных студенческих кружках Веру сослали в имение отца под надзор полиции, но власти плохо знали решительный характер девушки. С фальшивым паспортом она бежала в Швейцарию. Правда, поступить в университет с подложным документом ей вначале не удалось. Но не такова была Вера Гедройц, чтобы отказаться от заветной цели. Знакомство с известным физиологом Герценом и его ходатайство открыли ей путь на медицинский факультет Лозаннского университета. Среди студентов было всего три женщины. Университет Вера Игнатьевна закончила с отличием и начала работать ассистентом на кафедре хирургии. Она не только много оперировала, но и защитила диссертацию на звание доктора медицины. Однако в 1899 г. по семейным проблемам Вера Игнатьевна вынуждена была вернуться в Россию. Ее научный руководитель, известный хирург Цезарь Ру, прочивший Гедройц блестящую карьеру, с большой неохотой отпустил ее из клиники в Лозанне и потом всегда интересовался ее профессиональным ростом. Его восхищение ею было так велико, что через много лет профессор завещал своей ученице руководство кафедрой хирургии, и она, хотя и не приняла этот дар, но высоко оценила его. За день до смерти княжна Гедройц передала письмо своего учителя близкому другу со словами: «Возьми, сохрани. Это Ру мне пишет, что кафедру женевскую хирургическую мне завещает. Это для русской хирургии честь, понимаешь? Надо, чтобы это в истории осталось. Время придет – отдашь кому следует. Обещай. Это след мой, в этом жива буду». Но это будет потом, много лет спустя, а пока для дальнейшей работы в России требовалось подтвердить диплом, что Гедройц и осуществила в 1902 г., блестяще сдав экзамен при Московском университете и получив в дипломе запись «женщина-врач».

Доктор Гедройц – женщина-врач

Работая хирургом, Вера Игнатьевна начала заниматься научной деятельностью, размещала статьи в медицинских журналах и уже через 3 года была назначена главным хирургом больниц Мальцовских заводов. Условия труда тем не менее были очень тяжелыми. Чиновники, не признававшие женщину-врача, чинили препятствия в работе, а местное «общество» открыто игнорировало Веру Игнатьевну, не вписывавшуюся в их представления о приличии. В своем дневнике Гедройц писала: «Идут параллельно как бы две жизни: одни беззаботно развлекаются… не слыша стонов других, задавленных нуждой и голодом». Однако коллеги-медики были значительно более терпимыми, пригласив ее на III съезд хирургов, где Гедройц, которой к тому моменту исполнилось всего 33 года, выступила с большим успехом. Профессор хирургии В.И.Разумовский писал: «...В.И.Гедройц, первая женщина-хирург, выступавшая на съезде и с таким серьезным и интересным докладом, сопровождаемым демонстрацией. Женщина поставила на ноги мужчину, который до ее операции ползал на чреве, как червь. Помнится мне и шумная овация, устроенная ей русскими хирургами. В истории хирургии, мне кажется, такие моменты должны отмечаться».

Медаль «За храбрость», кимоно и литература

Через год началась Русско-японская война, и хирург Гедройц уехала добровольцем на фронт. В специально оборудованном вагоне железнодорожного поезда и в палатках, обложенных глиной для защиты от холода, она делала сложнейшие операции, нередко около десяти в день. В то время в Европе людей, раненных в живот, оставляли без медицинской помощи, так как их раны считались безнадежными. Княжна Гедройц первой в мире самостоятельно разработала методику проведения полостных операций, и такие пациенты получили шанс на спасение. Есть легенда, что среди спасенных врачом Гедройц был пленный японский офицер, который оказался одним из младших членов 21_2.jpgимператорской фамилии. После войны он прислал «русской княжне с милосердными руками» благодарственное письмо и кимоно из лучшего шелка. За достижения в области медицины Вера Игнатьевна Гедройц была награждена золотой медалью «За усердие» на Анненской ленте и серебряной – «За храбрость» на Георгиевской ленте, а также знаками отличия Красного Креста всех трех степеней. Неудивительно, что слава княжны Гедройц дошла и до Царского Села, и в 1909 г. императрица Александра Федоровна предложила ей место ординатора Царскосельского дворцового госпиталя. С того времени Вера Игнатьевна стала другом и домашним врачом детей царской семьи. Обосновавшись в Царском Селе, княжна Гедройц получила возможность познакомиться с известными литераторами того времени: Н.С.Гумилевым, А.М.Ремизовым, В.Розановым, а позднее – с Сергеем Есениным. Тогда же проснулось ее литературное дарование. Под псевдонимом Сергей Гедройц, взятым в память о рано умершем брате, она публиковала стихи, рассказы и воспоминания, была участником «Цеха поэтов» Николая Гумилева, однако ее произведения не получили того признания, что научные труды.

Жорж Санд Царского Села

В 1914 г. началась Первая мировая война, и Вера Игнатьевна предложила организовать в Царском Селе эвакуационный пункт для раненых. Эта идея пришлась по душе императрице Александре Федоровне, которая, подавая пример дамам высшего света, с дочерьми Ольгой и Татьяной прошла обучение на курсах подготовки медицинских сестер (проводила их все та же Вера Ивановна). Впоследствии императрица и две ее старшие дочери ассистировали Вере Игнатьевне на операциях. Судя по воспоминаниям современников, княжна Гедройц была женщиной прямой, резкой, не боящейся говорить то, что думает, и самой императрице. Ее называли Жорж Санд Царского Села. Отличаясь безусловной преданностью царской семье, она не испытывала добрых чувств к Григорию Распутину и не считала нужным это скрывать. Так, например, при крушении поезда пострадала фрейлина императрицы Анна Вырубова. Вере Игнатьевне нужно было произвести осмотр, а Распутин, в грязных сапогах и шубе, не хотел покидать комнату. Тогда княжна Гедройц без церемоний взяла его за плечи и вытолкала в коридор.

«Это след мой. В этом жива буду…»

После Февральской революции работа в госпитале начала разваливаться. Санитары, медсестры, врачи как будто забыли, для чего он существует. 21_1.jpgВере Игнатьевне припомнили и резкость, и требовательность, и конечно, дружбу с царской семьей. Никто толком не знал, кто и за что теперь отвечает. Прекратило свое существование Дворцовое медицинское ведомство, жалованье не выплачивалось, и теперь у княжны Гедройц не было причин оставаться в Царском Селе. В мае 1917 г. она уехала на фронт, где работала корпусным ирургом (это уровень подполковника – невиданно высокий пост для женщины). Солдаты, озлобленные, изможденные войной и крайне отрицательно относившиеся ко всему, что имело отношение к монархии, казалось бы, должны были перенести эту неприязнь на нового хирурга. Но репутация Веры Игнатьевны как опытного и искусного врача была столь высока, что они приняли ее с восторгом и всегда выказывали княжне самое глубокое уважение. Отчеты Гедройц об организации работы полевых госпиталей производили фурор в медицинском обществе. Однако в 1918 г. последовало ранение, после которого Гедройц была эвакуирована в Киев. Едва оправившись от ран, она организовала в Киеве клинику челюстно-лицевой хирургии. Накопленный опыт также вылился в десятки статей по хирургии, онкологии, эндокринологии в научных журналах. Вскоре в Киеве хирург Гедройц приобрела большую известность. Когда в клинику с осложненным аппендицитом попала жена Осипа Мандельштама, спасла ее именно Вера Игнатьевна. В 1923 г. она была избрана профессором медицины, а в 1929 г. – заведующей кафедрой хирургии. В 1930 г. в медицинском обществе Украины начались репрессии, многие украинские медики были арестованы. Княжну Гедройц без объяснений лишили работы и объявили, что она не заслужила и пенсии. Арестовать ее, однако, тогда не смогли – слишком многие были обязаны этой женщине жизнью и здоровьем. Но человеческая память коротка, и вполне возможно, в недалеком будущем Веру Игнатьевну тоже ожидала бы тюрьма, но жизнь распорядилась иначе: в 1931 г. княжна Гедройц тяжело заболела и вскоре умерла. Похоронили Веру Игнатьевну Гедройц на Спасо-Преображенском кладбище в Киеве. В честь Веры Игнатьевны Гедройц названа больница в Брянской области, где начиналась ее медицинская жизнь в России.

Александра Велькина
Список исп. литературыСкрыть список
Количество просмотров: 520
Предыдущая статьяПрофилактика и лечение респираторных инфекций: роль Имунорикса

Поделиться ссылкой на выделенное