Профессиональное выгорание: есть ли выход?

Участковый педиатр №04 2016 - Профессиональное выгорание: есть ли выход?

Номера страниц в выпуске:2
Для цитированияСкрыть список
Профессиональное выгорание: есть ли выход? . Участковый педиатр. 2016; 04: 2
рис 3-1.jpgИнтервью с писателем, возрастным семейным психологом, сотрудником детской городской поликлиники №47 г. Санкт-Петербурга Катериной Вадимовной Мурашовой.

 
– Катерина Вадимовна, как Вы трактуете состояние профессионального выгорания?
– Думаю, в разных направлениях психологии, допустим, в психоанализе или психодинамической терапии, трактовка профессионального выгорания отличается. Мне кажется, это приспособительная реакция. Дело в том, что я по базовому образованию биолог, и многое, в том числе и выгорание, мне видится через естественно-научную базовую концепцию. На мой взгляд, то, что официально называется «синдром выгорания» и многими трактуется как нарушение, на самом деле является одной из приспособительных реакций, как правило, к неблагоприятным факторам. Само по себе название очень интересное, поскольку термин предполагает, что что-то должно было начать гореть, ведь для того, чтобы что-то выгорело, что-то когда-то должно было загореться; то, что не горело, выгореть не может. Если мы говорим о педиатре, который предположительно «выгорел», сначала он должен был «гореть». То есть изначально должны были быть идеалы, представления «чужую беду руками разведу», ощущения, что еще немножко, и все пойдет на лад и т.п. Жизнь вносит свои коррективы, и это возвышенное эмоциональное состояние идет на спад; из-за негармоничного соотношения эмоциональных затрат и получаемого результата в какой-то момент топлива для дальнейшего горения начинает не хватать. Человек чувствует или понимает, что так дальше жить нельзя. В какой-то момент организм начинает посылать сигналы о неблагополучии и начинает приспосабливаться. 
Людям свойственны и отрицательные, и положительные эмоции, обычно человек настроен на получение и тех, и других. Отрицательные эмоции – это такая же естественная часть нашей жизни, как и положительные. И, когда человек, изначально настроенный как отдавать, так и получать положительные эмоции, чувствует, что его профессиональная деятельность не приносит ожидаемого, эмоциональный баланс, с его точки зрения, перестает быть гармоничным, правильным. Тогда и развивается приспособительная реакция: организм снижает эмоциональный фон вообще в целом – как отрицательные, так и положительные эмоции. Детские врачи редко уходят в цинизм, скорее педиатры уходят в эмоциональную сниженность, а пациенты перестают быть персоналиями, а становятся болезнями – «ангинами», «пневмониями» и т.д. Отрицательных эмоций становится меньше, но и положительных тоже. Я замечала, что у врачей иногда профессиональное выгорание носит характер не постоянного снижения, а некой синусоиды, зависящей от внешних причин. Тем не менее ослабление эмоций в целом присутствует обязательно. 
Нужно сказать, что врач – это благородная профессия, и в наибольшей степени это касается педиатрии. Зажигание в педиатрии «костров» более вероятно, чем в других врачебных специализациях, которые выбирают, например, из меркантильных соображений. Если горение «костров» в этой сфере медицины – это вариант нормы, то и риск когда-то попасть в состояние, при котором организм требует уменьшить эмоциональную включенность, тоже выше. Сходные по своей природе с педиатрией врачебные специальности – хирурги и врачи скорой помощи. Ими становятся люди-спасатели, по своей природе идущие за благородным светом, и именно поэтому они подвержены выгоранию в наибольшей степени. Риск выгорания выше не потому, что работа самая тяжелая, а потому, что больше всего «костров». 

– К чему приводит сниженный эмоциональный фон?
– Это зависит от человека, мы же все разные. Кого-то сниженный эмоциональный фон приводит к полной приспособленности. Спустя несколько лет некоторых людей бывает трудно узнать – восторженный идеалист становится, например, уверенным в себе, циничным, спокойным и состоявшимся специалистом. Такой человек прошел этап эмоционального выгорания и нашел себя в новом качестве. Кто-то приходит к разумному, конструктивному выводу, что если в работе положительных эмоций не хватает, то нужно их набрать в каком-то другом месте, т.е. перестает жить на работе и становится активен в какой-то другой сфере. Худший исход выгорания – состояние экзистенциального отчаяния («бейся-не бейся – все бесполезно, идти некуда», «кому я нужна»).
Таким образом, нет никакого общего исхода, он зависит от самого человека. 

– Катерина Вадимовна, сейчас медицина как некая структура переживает период значительных преобразований. Кому-то происходящее – благо, кто-то с ним не согласен. Как легче пережить неблагоприятную смену внешних обстоятельств?
– Прежде всего люди, которые получили сложное, научно-ориентированное, пролонгированное образование, доказали способность к анализу. Попав в сложную ситуацию перелома обстоятельств, в ситуацию несоответствия ожиданий и реальности человек с успехом может сесть и раскидать в две колонки на бумаге свои обстоятельства: «что от меня зависит» и «что от меня не зависит». Например, человеку кажется, что на своем рабочем месте он не приносит никакой пользы, на его место можно поставить компьютер, и он будет выписывать лекарства от насморка. А не за этим он шел в педиатры. Зависит ли это от него? Хороший врач помнит максиму: «Больному должно становиться лучше, когда врач входит в комнату». Работая в детской поликлинике, я с этим сталкиваюсь постоянно. Переступая порог кабинета с больным ребенком на руках, у матери должно создаваться ощущение защищенности. Первое, что врач может у себя спросить: я вот это обеспечиваю? Когда мать входит в кабинет, я улыбаюсь ей и ребенку? Я ей говорю «Сейчас посмотрим и со всем разберемся»? Если врач это делает, то никакой компьютер заменить его не может. Если я это не делаю, это уже зависит от меня. Это не зависит от государства, от системы, от главного врача. Это личный выбор человека. 
Дальше, следующий пример. У врача на прием одного ребенка есть 15 мин. Зависит ли это от врача? Нет, не зависит. В той парадигме, в которой он хочет работать, норма в 15 мин его категорически не устраивает. Из этого следует, что данный врач не может работать в государственной детской поликлинике и ему нужно менять работу на коммерческую клинику. Нужно тогда понять, чего ему не хватает, чтобы туда устроиться на работу, какой план действий составить. А другой врач предпочтет смириться с нормой в 15 мин, а коммерческая клиника ему не подойдет, поскольку там другой принцип взаимодействия между пациентами, врачами и руководством клиники. 
Это примеры вопросов и ответов о том, что зависит и не зависит от человека. Все взвесив, нужно принимать для себя важные решения. 

– Недавний пример из жизни: врач из глубинки Сибири, зарплата очень низкая, работает одна на большой территории, мужа нет, сын-подросток. Помогает людям, исходя из собственных жизненных принципов, хотя приходится жить впроголодь. Что делать таким людям?
– Таким людям тоже нужно сесть и составить для себя баланс на бумаге. Несомненно, эта женщина – очень сильная личность. Она предоставляет медицинскую помощь целому округу, на нее – единственного врача – смотрят как на полубога, если она уйдет – на ее место скорее всего никого не найдут. Нужно принять решение: я остаюсь здесь полубогом на свою зарплату, потому что я люблю своих пациентов, я честный последователь земской медицины, верный идее служения народу, и для души и положительных эмоций еще буду, например, писать в Интернете блог, наподобие вересаевских «Записок врача». Или она принимает решение и переезжает с ребенком в крупный населенный пункт, где ее врачебный опыт будет востребован и зарплата будет выше. Нужно еще понимать, что единственный врач на округу – свободный человек. Если она переедет, например, в Иркутск и устроится в частную клинику, где у нее будет хорошая зарплата и на ее место будут заглядываться конкуренты, – о такой свободе можно будет забыть. Я тоже в свое время принимала такое решение и поняла, что я не хочу терять свою свободу единственного психолога, работающего в детской поликлинике.

– Давайте перейдем к практическим советам врачам, работающим в детской поликлинике, у которых 15 мин на ребенка. Как бороться с рутиной?
– Начнем с того, что есть практически в каждой поликлинике, – зала для лечебной физкультуры, который обычно пустует в нерабочее время. А ведь врачам не нужно объяснять, что такое физкультура для жизненного тонуса и выработки дофамина. 
Второй совет – рыбки в аквариуме. Это я советую как энимал-терапевт. Смотрение в аквариум, как в экран телевизора, прекрасно снимает психомоторное напряжение, нивелирует отрицательные эмоции. 
Повышение профессиональной квалификации – еще один совет. Это можно сделать и онлайн. 
И еще один совет: нужна референтная группа, даже один человек, с которым ты можешь говорить и рассказывать ему о происходящем. Это могут быть муж, подруга или коллеги по работе. В поликлинике можно организовать так называемые Т-группы, или группы встреч, когда сотрудники просто собираются и разговаривают. Но тут кто-то должен быть точкой консолидации и атмосфера в коллективе должна быть более или менее здоровая. Эта группа может собираться, допустим, раз в месяц для обсуждения возникающих проблем. Это не психотерапевтические группы, это именно группы встреч для сбрасывания «зеленых крокодильчиков» – отрицательной информации, избыточного психомоторного возбуждения, накопленного негатива. Также работает ведение дневника, блога, общение с понимающим человеком. Это не решает ни одну из ваших проблем, но вам становится легче. 

– Могут ли помочь какие-то лекарства при синдроме выгорания?
– Я не представляю, что за лекарства может в данном случае приписать специалист, и не уверена, что к ним стоит прибегать. Это же не болезнь.

– Катерина Вадимовна, благодарим Вас за интервью.
Список исп. литературыСкрыть список
В избранное 0
Количество просмотров: 89
Предыдущая статьяКалендарь
Следующая статьяОб изменениях в педиатрическом разделе Российских практических рекомендаций по выбору антибиотиков у детей при инфекциях верхних и нижних дыхательных путей в амбулаторной практике*