Расстройства сна в клинической практике

Справочник поликлинического врача №04 2017 - Расстройства сна в клинической практике

Номера страниц в выпуске:57-61
Для цитированияСкрыть список
Е.А.Ляшенко, О.С.Левин. Расстройства сна в клинической практике. Справочник поликлинического врача. 2017; 04: 57-61
Расстройства сна относятся к одним из наиболее частых нарушений в клинической практике. Как инсомния, так и гиперсомния могут носить первичный характер или бывают связаны с тем или иным неврологическим или соматическим заболеванием. Нарушения сна приводят к снижению работоспособности, хронической усталости, злоупотреблению снотворными препаратами, частым дорожно-транспортным происшествиям, повышают риск развития психических расстройств. В статье расстройства сна рассматриваются с позиций Международной классификации расстройств сна 3-го пересмотра. Приведены рекомендации по медикаментозному и немедикаментозному лечению нарушений сна.
Ключевые слова: сон, расстройства сна, инсомния, гиперсомния, парасомния, снотворные.
Для цитирования: Ляшенко Е.А., Левин О.С. Расстройства сна в клинической практике. Справочник поликлинического врача. 2017; 4: 57–61.


Sleep disorders in clinical practice 



E.A.Lyashenko, O.S.Levin
Russian Medical Academy of Continuous Professional Education of the Ministry of Health of the Russian Federation. 125993, Russian Federation, Moscow, ul. Barrikadnaia, d. 2/1
oslevin@mail.ru

Sleep disorders are one of the most common disorders in clinical practice. Both insomnia and hypersomnia can be primary or are associated with a neurological or somatic disease. Sleep disorders lead to a decrease in working capacity, chronic fatigue, abuse of sleeping pills, frequent traffic accidents, increase the risk of developing mental disorders. In the article, sleep disorders are considered from the perspective of the International Classification of Sleep Disorders of the 3rd revision. The recommendations on drug and non-medicinal treatment of sleep disorders are given.
Key words: sleep, sleep disorders, insomnia, hypersomnia, parasomnia, hypnotics.
For citation: Lyashenko E.A., Levin O.S. Sleep disorders in clinical practice. Handbook for Practitioners Doctors. 2017; 4: 57–61.


Наличие инсомнии сопровождается увеличением риска развития психических нарушений, алкоголизма ирис 12-и1.jpg лекарственной зависимости. Психические расстройства выявляют у пациентов с инсомнией в 2,5 раза чаще, чем у здоровых людей, а риск развития депрессии повышается в 4 раза. Кроме того, инсомния отягощает течение гипертонической болезни, гастроэзофагеального рефлюкса, ишемической болезни сердца. Во многих исследованиях показано, что коррекция нарушений сна при соматической патологии приводит к улучшению течения основного заболевания и снижению фармакорезистентности.
Наиболее частым расстройством сна является инсомния. По определению международной классификации инсомния – это нарушение инициации, продолжительности, консолидации или качества сна, возникающее при достаточных для нормального сна условиях и сопровождающееся нарушением повседневной деятельности.
Несмотря на клиническую значимость инсомнии, врачи общей практики редко обращают внимание на жалобы пациента, касающиеся сна, зачастую списывая их на проявления основного заболевания, в то время как для ее лечения необходим комплексный подход.
Клиническая феноменология инсомнии включает в себя пресомнические, интрасомнические и постсомнические расстройства. К пресомническим расстройствам относятся трудности засыпания. В случае длительного течения заболевания у больных формируются патологические ритуалы отхода ко сну и может формироваться «боязнь постели», которая характеризуется исчезновением желания спать, как только больной ложится в постель. Это состояние может сопровождаться навязчивыми мыслями и воспоминаниями, усилением двигательной активности в стремлении найти удобную позу.

Формы инсомнии

Интрасомнические расстройства проявляются в основном частыми ночными пробуждениями, после рис 12-и2.jpgкоторых пациент долго не может уснуть. У таких больных порог пробуждения резко снижен, в результате чего поводом могут послужить малейший шум, дискомфорт, болевые ощущения и т.д.
К постсомническим расстройствам относятся ранние утренние пробуждения, снижение работоспособности, ощущение «разбитости», неудовлетворенность ночным сном, дневная сонливость.
Более 20% больных среднего возраста и 36% пациентов пожилого возраста предъявляют жалобы на все три вида инсомний, что осложняет процесс подбора терапии (М.Г.Полуэктов, Я.И.Левин, 2013).
Для определения тактики лечения важно определить форму инсомнии. В этом, помимо сбора анамнеза, могут помочь полисомнография (ПСГ) и психологическое тестирование.
В Международной классификации расстройств сна 3-й версии – МКРС-3 (2014 г.) выделено три основных клинических формы инсомнии – хроническая, острая и неуточненная.
Хроническая инсомния характеризуется наличием повторяющихся эпизодов нарушения сна не менее 3 раз в неделю продолжительностью не менее 3 мес. Выделяют несколько видов хронической инсомнии, для которых характерно наличие общих патофизиологических механизмов (гиперактивация).
Одной из хронических форм инсомнии является психофизиологическая. Психофизиологическая инсомния – это расстройство сна, обусловленное соматическим напряжением и формированием препятствующих засыпанию ассоциаций. Наиболее ярким свойством данной формы инсомнии является «боязнь постели». Невозможность заснуть провоцирует усиление соматического напряжения, которое, в свою очередь, усугубляет расстройства сна и приводит к еще большему напряжению на следующий день. Характерной чертой этого расстройства является существенное улучшение при смене места сна (в поездках, в гостях).
Идиопатическая инсомния характеризуется наличием нарушений сна на протяжении всей предшествующей жизни пациента. Начинается это расстройство в раннем детстве или в школьные годы и течет без периодов улучшения. Предполагают наличие генетической предиспозиции к развитию данного вида инсомнии, обусловливающей недостаточность функции мозговых синхронизирующих систем, однако доказательств этому пока не получено.
Нередки жалобы пациентов на полное или почти полное отсутствие ночного сна в течение длительного рис 12-и3.jpgвремени при отсутствии необходимости спать днем и нормальной повседневной активности. Для диагностики данного расстройства требуется проведение ПСГ-исследования, по результатам которого мы можем объективно оценить продолжительность и качество ночного сна. При несоответствии заявленного времени сна реальному на 50% и более диагностируют парадоксальную инсомнию. Эта форма инсомнии часто ассоциирована с аффективными расстройствами.
Инсомния при нарушении гигиены сна развивается при наличии поведения, приводящего к возбуждению нервной системы перед сном, – нерегулярное время укладывания, дневные засыпания, употребление алкоголя, кофеина, курение перед сном, физическое и/или умственное перенапряжение и др. При нормализации гигиены сна сон улучшается.
Детская поведенческая инсомния характеризуется зависимостью засыпания ребенка от наличия определенных условий – укачивания на руках, кормления, присутствия родителей в непосредственной близости. К наиболее характерным проявлениям данного типа расстройства сна относятся частые ночные пробуждения.
Инсомния при психических расстройствах является одним из симптомов психического заболевания. Среди всех вторичных нарушений сна в позднем возрасте 2/3 приходится на психические расстройства. Наиболее часто расстройства сна являются симптомом депрессивных состояний разного генеза, как эндогенных, так и невротических. При этом даже депрессии легкой и умеренной степени выраженности сопровождаются инсомнией. Наблюдаются депрессии, при которых расстройство сна является ведущим и определяет клиническую картину состояния, в то время как собственно депрессивные симптомы выявляются только при тщательном расспросе.
Депрессивные больные с нарушением сна часто жалуются на бессонницу. При расспросе выявляются как трудности засыпания, так и характерные ранние пробуждения с невозможностью вновь уснуть, тревожное беспокойство при ночном пробуждении, тягостное душевное состояние в ранние утренние часы. Именно депрессивным больным свойственно отсутствие чувства сна, нередко формируется патологический страх перед наступлением ночи и бессонницей (Н.М.Михайлова, 2003).
Инсомния при болезнях внутренних органов сопровождает разные соматические или неврологические заболевания. Всегда бывает сложно разграничить, явилось нарушение сна следствием нозогенной реакции (т.е. психического расстройства) или же основного заболевания. Однако в большинстве случаев даже при наличии основного заболевания, с которым связывают нарушение сна, у больного присутствуют элементы и других форм инсомнии. Например, у больных с инфарктом мозга жалобы на нарушения сна возникают в 57% случаев, но причины могут быть совершенно различны: поражение определенных структур мозга, стресс, изменение обстановки, депрессия, принимаемые лекарственные препараты, наличие обструктивного апноэ сна, нарушение цикла «сон-бодрствование».
Одной из широко распространенных вторичных инсомний является инсомния, связанная с синдромом беспокойных ног (СБН). СБН – это сенсомоторное расстройство, характеризующееся неприятными ощущениями в ногах, которые проявляются в покое преимущественно в вечернее и ночное время, вынуждают больного совершать облегчающие их движения и приводят к нарушению сна. Частота СБН существенно повышается с возрастом, достигая распространенности 10–15% среди пожилых. В зависимости от этиологии СБН разделяют на первичный и вторичный (при беременности, уремии, железодефицитных состояниях, невропатиях, паркинсонизме). В случае вторичного СБН лечение должно быть направлено на устранение причины болезни. При идиопатическом СБН в первую очередь необходимо устранить факторы, усиливающие проявления, – кофеин, алкоголь, курение, некоторые препараты (нейролептики, трициклические антидепрессанты, селективные ингибиторы обратного захвата серотонина). Если СБН существенно нарушает жизнедеятельность пациента, ему назначают агонисты дофаминовых рецепторов в небольших дозах (прамипексол 0,125–0,75 мг).
Инсомния при приеме лекарственных или других препаратов возникает как на фоне приема, так и после отмены некоторых субстанций. Развитию этой формы инсомнии способствует широкое применение в качестве снотворного бензодиазепиновых средств широкого спектра терапевтического действия и с длительным периодом полувыведения. Также можно наблюдать случаи развития зависимости от приема комплексных препаратов, содержащих производные барбитуровой кислоты, в качестве снотворного (например, валокордина). 
Нарушения сна могут вызываться следующими лекарственными препаратами:
• антидепрессанты (флуоксетин, пароксетин, сертралин, циталопрам, флувоксамин, венлафаксин, дулоксетин, ингибиторы моноаминоксидазы);
• психостимуляторы (кофеин, эфедрин, производные коки);
• a-адреномиметики (псевдоэфедрин, фенилэфрин, фенилпропаноламин);
• гипотензивные препараты (клонидин, b-адреноблокаторы);
• гиполипидемические средства (статины, фибраты, холестирамин);
• бронходилататоры (теофиллин, тербуталин);
• противовирусные, антибактериальные (изониазид, пенициллин, интерфероны).
Нарушения сна могут вызвать глазные капли, содержащие b-адреноблокаторы, и капли в нос, имеющие в своем составе симпатомиметики. В связи с побочными эффектами могут возникать нарушения сна при приеме диуретиков, антидиабетических средств (полиурия, гипогликемия и др.).
Острая (кратковременная) инсомния согласно МКРС-3 является второй клинической формой инсомнии. Этот диагноз ставится при наличии соответствия клинических критериев синдрома инсомнии, продолжительности расстройств сна менее 3 мес и наличии идентифицируемого фактора – межличностного конфликта, производственного стресса, неблагоприятных жизненных событий, смены обстановки (переезд на новое место, госпитализация). События с положительным эмоциональным знаком также могут стать причиной нарушения сна. Особенностью этой формы инсомнии является то, что при прекращении стрессового воздействия или по мере адаптации к нему наблюдается уменьшение выраженности расстройства сна. В общей популяции ежегодная частота возникновения этого расстройства оценивается в 15–20%. Как и хроническая, острая инсомния чаще возникает у женщин и лиц старших возрастных групп.
Инсомния неуточненная является третьей формой инсомнии согласно МКРС-3. Этот диагноз ставится, рис 12-и4.jpgкогда имеющиеся проявления не подпадают под критерии хронической или острой инсомнии. Он может быть поставлен временно, когда необходимо больше информации для уточнения диагноза.
Помимо инсомнии, к нарушениям сна относится также и избыточная дневная сонливость, или гиперсомния. К первичным формам гиперсомнии относят нарколепсию, идиопатическую гиперсомнию (болезнь Рота) и синдром Кляйне–Левина. Все эти заболевания имеют и другие характерные клинические признаки, помимо повышенной дневной сонливости. Вторичная гиперсомния чаще всего связана с нарушениями ночного сна. В свою очередь, дневная сонливость может расстраивать ночной сон, замыкая порочный круг.
В неврологической практике нередкой причиной дневной сонливости является также прием седативных препаратов (антигистаминных средств, бензодиазепинов, антидепрессантов), дофаминергических средств, в том числе леводопы и агонистов дофаминовых рецепторов. Определенную роль в развитии гиперсомнии у пациентов с нейродегенеративными заболеваниями могут играть дегенерация стволовых структур, участвующих в поддержании бодрствования, а также сопутствующие заболевания (например, гипотиреоз) и артериальная гипотензия после приема пищи, связанная с вегетативной недостаточностью.
Важной причиной дневной сонливости могут быть синдром центральных или обструктивных апноэ сна (СОАС), эпизоды гиповентиляции во время сна. Но не стоит забывать, что даже при наличии таких предикторов, как ожирение и храп, причины дневной сонливости у этих больных могут быть другие (L.Trotti, D.Bliwise, 2010).
Наиболее важными факторами, которые влияют на вероятность возникновения СОАС, являются масса тела, пол, возраст, состояние лицевого скелета и наличие ЛОР-патологии. Ожирение – наиболее частый спутник больных с СОАС: не менее 3/4 из них имеют индекс массы тела более 30. Фактор возраста также может повышать риск развития СОАС за счет уменьшения сократительной активности мышц, поддерживающих просвет верхних дыхательных путей.
Среди клинических проявлений синдрома выявляются: храп, эпизоды задержки дыхания во сне, дневная сонливость, «неосвежающий» и беспокойный сон, никтурия. Храп встречается у 95% больных с СОАС. Храп возникает почти каждую ночь, не зависит от положения тела и имеет нерегулярный характер за счет наличия эпизодов апноэ. Сами эпизоды апноэ чаще отмечаются родственниками, чем самими пациентами. Больные с СОАС испытывают сильное «давление» сна, за счет чего пробуждения для восстановления дыхания полностью амнезируются. Дневная сонливость может доходить до того, что пациент может заснуть на приеме у врача, за рулем, во время ответственных заседаний. «Неосвежающий» сон чаще всего проявляется как чувство усталости и недосыпа (несмотря на достаточное количество времени, проведенного в постели), головные боли, которые через некоторое время самостоятельно проходят. Развитие головных болей связывают с действием ночной гипоксемии при апноэ во сне. Другим характерным для СОАС симптомом является беспокойный сон. И сами пациенты, и в особенности их близкие, отмечают высокую двигательную активность во время сна, что может приводить к неприятным ситуациям, вплоть до травматизации.
Многообразие симптомов СОАС объясняется прямым или опосредованным участием двух патофизиологических механизмов. Во-первых, это хроническая депривация глубоких стадий сна. А во-вторых – гипоксия, в результате воздействия которой формируется сначала прерывистая, а затем и постоянная ночная артериальная гипертензия. Главной причиной повышения давления при СОАС является избыточный выброс катехоламинов (адреналина и нор-адреналина). Вторым следствием хронической гипоксии является частое развитие легочной гипертензии вследствие гипоксического воздействия на эндотелий легочных капилляров.
К способам лечения СОАС относятся: применение неинвазивной вентиляции легких (CPAP-терапии), хирургическое вмешательство, похудение.
Парасомнии представляют собой необычные формы поведения или ощущения, возникающие в связи с состоянием сна. В настоящей классификации (МКРС-3, 2014) выделяют три группы парасомний: связанные с медленным сном, связанные с быстрым сном и др. Первая группа парасомний относится к так называемым расстройствам пробуждения. Предполагают, что необычное поведение в этих случаях связано с так называемым расщепленным сознанием, когда, несмотря на поведение, характерное для бодрствующего человека, нет полного осознания. К ним относятся: конфузионное пробуждение, снохождение, ночные страхи. Кроме того, к парасомниям, связанным с медленным сном, относят также синдром ночной еды. К парасомниям, связанным с фазой сна с быстрыми движениями глаз (БДГ), относят: расстройство поведения в фазе сна с БДГ, паралич сна, кошмары. Среди других парасомний выделяют «синдром взрывающейся головы», галлюцинации сна, ночной энурез.
Сноговорение (сомнилоквия) – произнесение слов или звуков во время сна без осознания этого – рассматривается как изолированный симптом или вариант нормы. Обычно эпизод сноговорения кратковременный и эмоционально не насыщенный. Считается, что эпизоды сноговорения на протяжении жизни встречаются практически у каждого здорового человека. Содержание речи во время эпизода сноговорения редко отражает события предшествующего дня. ПСГ демонстрирует возможность возникновения данного феномена во всех стадиях сна.
Некоторые из перечисленных парасомний характерны для определенных неврологических заболеваний.рис 12-и5.jpg Например, расстройство поведения (РП) в фазу сна с БДГ (РП БДГ) чаще всего встречается при нейродегенеративных заболеваниях, относящихся к группе a-синуклеинопатий, среди которых наиболее распространена болезнь Паркинсона. РП БДГ проявляется яркими, устрашающими сновидениями, сопровождающимися простыми или сложными моторными феноменами во время фазы сна с БДГ (О.С.Левин, 2002; B.Boeve, 2010). Это происходит за счет нарушения механизма генерации мышечной атонии, при этом двигательная активность в процессе сновидения подавляется не полностью, в результате чего пациент совершает во сне движения, которые ему снятся (Я.И.Левин, М.Г.Полуэктов, 2013; B.Boeve и соавт., 2007). Наличие данной парасомнии у пациента с болезнью Паркинсона является фактором риска развития когнитивных нарушений и галлюцинаций. У неврологически здорового человека развитие РП БДГ является прогностически неблагоприятным фактором развития нейродегенеративного заболевания. Было показано, что в течение 14 лет наблюдения более 90% таких пациентов демонстрируют признаки паркинсонизма или когнитивных нарушений (A.Iranzo и соавт., 2014).

Лечение

Общие правила гигиены сна включают в себя нормализацию режима дня (ложиться и вставать в одно и то же время, не спать в течение дня), регулярные физические упражнения в утренние и дневные часы (но не перед сном), организацию режима питания (не есть за 3–4 ч до сна). Кроме того, рекомендуется исключить употребление кофе, чая и алкоголя во второй половине дня, отказаться от курения. Важное значение имеет само место, где протекает сон. Кровать и подушка должны быть удобными, свет в спальне – приглушенным, комнату необходимо поддерживать в чистоте и регулярно проветривать. Кровать необходимо использовать только для сна, нельзя в ней есть, читать и просто «валяться». Если в течение 30–40 мин заснуть не удается, нужно встать и заняться другими делами до тех пор, пока не появится желание заснуть. Иногда бывает полезным составление определенного ритуала отхода ко сну (горячая ванна или прогулка перед сном). Во многих случаях помогает методика контролируемого ограничения сна.
Применение снотворных препаратов оправдано при острой (адаптационной) инсомнии. В этих случаях чаще всего используют бензодиазепины с седативным и снотворным действием (фенозепам, диазепам, клоназепам), а также небензодиазепиновые ГАМКергические средства (золпидем, зопиклон, залеплон), которые существенно выигрывают в плане отсутствия тяжелых побочных эффектов.
При хронической инсомнии снотворные, как правило, должны назначаться короткими курсами (не более 4 нед). Препаратами выбора в данном случае являются агонисты бензодиазепиновых рецепторов (золпидем, зопиклон, залеплон). Чаще всего, однако, в этом случае назначают бензодиазепины, что со временем может приводить к развитию толерантности, лекарственной зависимости и большому количеству побочных эффектов, особенно у пожилых пациентов. Учитывая большое количество препаратов, принимаемых пожилыми больными в связи с разнообразной соматической патологией, возникает проблема лекарственного взаимодействия бензодиазепиновых препаратов с другими лекарственными средствами. К эффектам такого взаимодействия относятся: усиление гипотензивного эффекта клонидина, ингибиторов ангиотензинпревращающего фермента; угнетающий эффект на центральную нервную систему при сочетанном применении с b-адреноблокаторами; увеличение концентрации препарата в сыворотке при сочетании с блокаторами кальциевых каналов, циметидином, омепразолом; увеличение концентрации сердечных гликозидов в сыворотке; повышение протромбинового времени при сочетании с варфарином; усиление гипогликемического эффекта при одновременном применении с антидиабетическими препаратами.
При применении бензодиазепинов более распространены такие побочные эффекты, как снижение памяти, антероградная амнезия, снижение внимания и скорости реакции, дневная сонливость, головокружение, атаксия и сухость во рту. В связи с этим ни один из бензодиазепиновых препаратов не рекомендован для лечения хронической инсомнии у пожилых.
При подозрении на СОАС (громкий храп, задержки дыхания во сне) нежелательно использовать снотворные с ГАМКергическим действием, так как они влияют на чувствительность дыхательного центра и могут нарушать активность мышц верхних дыхательных путей. В случае жалоб на неудовлетворенность ночным сном и объективной продолжительности сна (по данным ПСГ) более 6 ч назначение снотворных препаратов нецелесообразно. У людей, длительно принимающих снотворные препараты (особенно бензодиазепины), положительный эффект дает проведение «лекарственных каникул».
К другим препаратам со снотворным действием относятся блокаторы центральных гистаминовых H1-рецепторов (дифенилгидрамин, доксиламин). По данным некоторых исследований их эффективность не уступает эффективности Z-препаратов – золпидема, зопиклона, залеплона (B.Schadeck, M.Chelly, D.Amsellem и соавт., 1996).
Часто для лечения острой инсомнии используют настои лекарственных трав и гомеопатические препараты, однако эффективность и безопасность их применения не доказаны.
Для лечения инсомний, ассоциированных с депрессивными и тревожными расстройствами, рекомендуют применение антидепрессантов с седативным действием (тразадон, амитриптилин, доксепин, миртазапин).
Все большее распространение как средства для лечения инсомнии приобретают препараты мелатонина. В связи с естественным снижением выработки мелатонина у пожилых пациентов его использование в данной возрастной категории может принести ощутимую пользу (M.Sharma и соавт., 1989). Существует выраженная корреляция между возрастным снижением эндогенного мелатонина и увеличением частоты распространенности инсомнии в общей популяции, подтвержденная в когортных исследованиях (C.Morin и соавт., 2006).
В 2012 г. в России зарегистрирован препарат мелатонина пролонгированного действия Циркадин. Он является синтетическим аналогом эндогенного гормона эпифиза человека. После приема пролонгированного мелатонина пиковая концентрация в плазме крови достигается в среднем через 2,5 ч и сохраняется в течение 3,5–4 ч, обеспечивая необходимую концентрацию в течение ночи. Впервые он был разрешен для лечения первичной бессонницы у пациентов старше 55 лет в Европе в 2007 г. В рандомизированных двойных слепых исследованиях было показано, что у пациентов достоверно повышается субъективная оценка качества сна, уменьшается латентный период наступления сна, улучшается утренняя работоспособность, отсутствуют синдром отмены и формирование лекарственной зависимости, архитектура сна не подвергается значимым изменениям (A.Wade и соавт., 2007; R.Luthringer и соавт., 2009). Абсолютное снижение латентности сна у Циркадина сопоставимо с полученными значениями для рекомедованных доз золпидема и залеплона (M.Paul и соавт., 2004).
Значимых различий Циркадина по сравнению с плацебо по типу и частоте побочных явлений в перечисленных исследованиях не выявлено. В прямом сравнительном исследовании с участием здоровых волонтеров среднего и пожилого возраста психомоторные функции, навыки вождения, память при приеме Циркадина не нарушались (S.Otmani и соавт., 2008).
При оценке лекарственного взаимодействия с Циркадином было отмечено, что он потенцирует действие бензодиазепиновых снотворных (D.Garfinkel и соавт., 1997). В метаанализе, посвященном действию пролонгированного мелатонина на ночное артериальное давление у пациентов с ночной артериальной гипертензией, получавших стандартную антигипертензивную терапию, было показано достоверное снижение систолического и диастолического ночного артериального давления (E.Grossman и соавт., 2011).


Сведения об авторах

Ляшенко Елена Александровна – канд. мед. наук, ассистент каф. неврологии ФГБОУ ДПО РМАНПО
Левин Олег Семенович – д-р мед. наук, проф., зав. каф. неврологии ФГБОУ ДПО РМАНПО. 
E-mail: oslevin@mail.ru
Список исп. литературыСкрыть список
1. Михайлова Н.М. Нарушения сна в пожилом и старческом возрасте. Клинические рекомендации по лечению. Рус. мед. журн. 2003; 28. / Mikhailova N.M. Narusheniia sna v pozhilom i starcheskom vozraste. Klinicheskie rekomendatsii po lecheniiu. Rus. med. zhurn. 2003; 28. [in Russian]
2. Полуэктов М.Г., Левин Я.И. Инсомния. Сомнология и медицина сна. Избранные лекции. Под ред. Я.И.Левина, М.Г.Полуэктова. М.: Медфорум-альфа, 2013; с. 192–220. / Poluektov M.G., Levin Ia.I. Insomniia. Somnologiia i meditsina sna. Izbrannye lektsii. Pod red. Ia.I.Levina, M.G.Poluektova. M.: Medforum-alfa, 2013; s. 192–220. [in Russian]
3. Соколова Л.П., Кислый Н.Д. Нарушения сна у пожилых: особенности терапии. Consilium Medicum. 2007; 9 (2): 133–7. / Sokolova L.P., Kislyi N.D. Narusheniia sna u pozhilykh: osobennosti terapii. Consilium Medicum. 2007; 9 (2): 133–7. [in Russian]
4. Ancoli-Israel S, Ayalon L. Diagnosis and treatment of sleep disorders in older adults. Am J Geriatr Psychiatry 2006; 14: 95–103.
5. Garfinkel D, Laudon M, Zisapel N. Improvement of sleep quality by controlled-release melatonin in benzodiazepine-treated elderly insomnias. Arch Gerontol Geriatr 1997; 24 (2): 223–31.
6. Grossman E, Ludon M, Zisapel N. Effect of melatonin on nocturnal blood pressure: meta-analysis of randomized controlled trials. Vask Health Risk Manag 2011; 7: 577–84.
7. Iranzo A, Fernández-Arcos A, Tolosa E et al. Neurodegenerative disorder risk in idiopathic REM sleep behavior disorder: study in 174 patients. PLoS One 2014; 26. 9 (2): e89741.
8. Kripke DF, Garfinkel L, Wingard DL et al. Mortality associated with sleep duration and insomnia. Arch Gen Psychiatry 2002; 59 (2): 131–6.
9. Luthringer R, Muzet M, Zisapel N, Staner L. The effect of prolonged-release melatonin on sleep measures and psychomotor performance in elderly patients with insomnia. Int Clin Psychopharmacol 2009; 24 (5): 239–49.
10. Morin CM, LeBlanc M, Daley M et al. Epidemiology of insomnia: prevalence, self-help treatments, consultations, and determinants of help-seeking behaviors. Sleep Med 2006; 7 (2): 123–30. Epub 2006 Feb 3.
11. Otmani S, Demazieres A, Staner C et al. Effect of prolonged-release melatonin, zolpidem, and their combination on psychomotццц22or functions, memory recall, and driving skills in healthy middle aged and elderlu volunteers. Hum Psychopharmacol 2008; 23 (8): 693–705.
12. Paul MA, Gray G, MacLellan M, Pigeau RA. Sleep-inducing pharmaceuticals: a comporison of melatonin, zaleplon, zopiclon and temazepam. Aviat, Space Environ Med 2004; 75 (6): 512–9.
13. Roth T. Insomnia: definition, prevalence, etiology, and consequences. J Clin Sleep Med 2007; 3 (Suppl. 5): S7–10.
14. Schadeck B, Chelly M, Amsellem D et al. Comparative efficacy of doxylamine and zolpidem for the treatment of common insomnia. Sep Hop Paris 1996; 72 (13–14): 428–39.
15. Sharma M, Palacios-Bois J, Schwartz G et al. Circadian rhythms of melatonin and cortisol in aging. Biol Psychiatry 1989; 25 (3): 305–19.
16. Stone KL, Ewing SK, Ancoli-Israel S et al. Self-reported sleep and nap habits and risk of mortality in a large cohort of older women. J Am Geriatr Soc 2009; 57: 604–11.
17. Wade AG, Ford I, Crawford G et al. Efficacy of prolonged release melatonin in insomnia patients aged 55-80 years: quality of sleep and next-day alertness outcomes. Curr Med Res Opin 2007; 23 (10): 2597–605.
Количество просмотров: 159
Предыдущая статьяТремор
Следующая статьяРоль фенспирида в лечении воспалительных заболеваний нижних дыхательных путей

Поделиться ссылкой на выделенное