Нейропсихологические корреляты субъективного благополучия в позднем возрасте №06 2019

Психиатрия Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина - Нейропсихологические корреляты субъективного благополучия в позднем возрасте

Номера страниц в выпуске:50-54
Для цитированияСкрыть список
А.И. Ерзин*, А.Ю. Ковтуненко, Е.Ю. Антохин. Нейропсихологические корреляты субъективного благополучия в позднем возрасте. Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина. 2019; 06: 50-54

Представлены результаты исследования нейропсихологических факторов благополучного старения у лиц позднего возраста. Обследованы 226 человек (средний возраст 70,56±9,9 года), их них 121 – условно здоровый человек, 56 человек с легкими когнитивными нарушениями и 49 человек с сосудистыми поражениями головного мозга. Установлено, что основными нейропсихологическими коррелятами субъективного благополучия у пожилых выступают смысловая память и антиципация.

Ключевые слова: геронтопсихология, когнитивная геронтология, поздний возраст, нейропсихология, благополучное старение, субъективное благополучие.
Для цитирования: Ерзин А.И., Ковтуненко А.Ю., Антохин Е.Ю. Нейропсихологические корреляты субъективного благополучия в позднем возрасте. Психиатрия и психофармакотерапия. 2019; 21 (6): 50–54.

Neuropsychological correlates of subjective well-being in the elderly


A.I. Erzin*, A.Yu. Kovtunenko, E.Yu. Anthohin

Orenburg State Medical University, Orenburg, Russia

*alexerzini@gmail.com

Abstract

The results of the study of neuropsychological factors of successful aging in people of late age are presented. 226 people (mean age 70.56±9.9) were examined, 121 of them are healthy people, 56 people with mild cognitive impairment and 49 people with cerebrovascular diseases. It was established that the main neuropsychological correlates of subjective well-being in the elderly are semantic memory and anticipation.

Key words: gerontopsychology, cognitive gerontology, elderly, neuropsychology, successful aging, subjective well-being.
For citation: Erzin A.I., Kovtunenko A.Yu., Anthohin E.Yu. Neuropsychological correlates of subjective well-being in the elderly. Psychiatry and Psychopharmacotherapy. 2019; 21 (6): 50–54.

Введение


Поздний возраст традиционно связан с нарастающими негативными изменениями в физическом, когнитивном и социальном функционировании [1–5]. Соматическая патология, нейрокогнитивные дисфункции, дефицит финансового обеспечения, социальное отчуждение и чувство одиночества – основные трудности, с которыми, как правило, сталкивается пожилое население [2, 6]. Между тем вопреки наличию заболеваний и сужению социального окружения некоторые пожилые люди имеют сравнительно высокий уровень психологического благополучия, что является важной детерминантой оптимального функционирования [7–12]. Психологическое (субъективное) благополучие носит системный характер, охватывая различные аспекты когнитивного, эмоционального и поведенческого реагирования, и представляет собой эвдемоническую характеристику удовлетворенности жизнью и ее основными сферами [13]. В контексте этой дефиниции применительно к позднему возрасту мы полагаем уместным использовать термины «благополучное старение» или «успешное старение» [7, 9–11]. Эти термины, определенно, описывают высокий уровень функционирования пожилых лиц в таких сферах, как физическое, психическое здоровье, профессиональная и досуговая деятельность, межличностные взаимоотношения, экономическое благосостояние. Тем не менее в рамках проблемы субъективного благополучия, как мы полагаем, даже при наличии физических недугов и относительно невысокого финансового положения можно испытывать удовлетворенность жизнью, поскольку это чувство зависит не только от объективных физических предпосылок, но и от личностных детерминант индивида.
В научной литературе имеется значительное число материалов, посвященных изучению нейропсихологических аспектов благополучного старения [10, 14–17]. При этом взаимосвязь нейрокогнитивных характеристик с субъективным благополучием в позднем возрасте обнаруживает ограниченное представление в научных публикациях. Между тем нейропсихологические факторы являются одними из важнейших предпосылок, обеспечивающих успешное социальное, эмоциональное и физическое функционирование, следовательно, предполагается, что они вносят значимый вклад в субъективное благополучие, в том числе пожилых лиц.

Цель 

Очевидно, поздний возраст зачастую ассоциирован с накапливающимся нейрокогнитивным дефицитом, с чем, по всей видимости, связано снижение уровня субъективного благополучия. В данной работе мы сделали попытку установления взаимосвязей между субъективными параметрами благополучного старения и состоянием высших психических функций у людей позднего возраста как с наличием органической психопатологической симптоматики, так и без нее.

Материалы и методы 

Были обследованы 226 человек в возрасте 60–94 лет (средний возраст 70,56±9,9 года), из них 79 мужчин и 147 женщин. Исследование проходило в неврологических и санаторно-оздоровительных учреждениях г. Оренбурга. Основными критериями исключения из выборки были: 
1) сниженная критичность к своему состоянию/заболеванию; 
2) наличие тяжелых заболеваний и состояний, препятствующих эффективному выполнению экспериментально-психологических заданий. 
В выборку вошли 121 условно здоровый человек, 56 человек с легкими когнитивными нарушениями и 49 человек с очаговыми и диффузными поражениями головного мозга сосудистого генеза без синдрома деменции. 
Для оценки субъективного благополучия у пожилых применялась «Методика диагностики благополучного старения» (a-Кронбаха=0,910; коэффициент эмпирической валидности r=0,763), состоящая из 70 пунктов и 7 субшкал, отражающих удовлетворенность такими сферами жизни, как здоровье, финансовое благополучие, семья, социальное взаимодействие, временная перспектива, работа и хобби, личностный рост и позитивные эмоции [18]. Батарея нейропсихологических тестов включала в себя функциональные пробы на зрительный гнозис, соматосенсорный гнозис, слуховой гнозис, праксис позы, динамический праксис, реципрокную координацию, пространственный праксис, конструктивный праксис, оральный праксис, произвольное внимание, кратковременную и долговременную память, смысловую память, критичность и абстрактно-логическое мышление [19]. Эффективность выполнения нейропсихологических заданий оценивалась по системе 0–2, где 0 – испытуемый не смог верно справиться с заданием/отказался от выполнения; 1 – выполнял задание в замедленном темпе и/или допускал единичные ошибки; 2 – быстро и верно справился с заданием. Степень сохранности мнестических процессов измерялась с помощью методики заучивания 10 слов А.Р. Лурия. Произвольное внимание оценивалось на основе средних временных показателей выполнения заданий по таблицам Шульте. Кроме того, применялась методика диагностики антиципации, представляющая собой стандартизированный набор из 16 диагностических карт с изображением ситуаций, исход которых нужно спрогнозировать обследуемым [20]. Оценивались время выполнения заданий, точность антиципации и ее ведущий уровень (сенсомоторный, перцептивный, представленческий и речемысленный).
Для статистической обработки полученных данных использовались методы описательной статистики (оценивались средние значения измеряемых параметров и стандартное отклонение), t-критерий Стьюдента для анализа различий между выборками, коэффициент корреляции Пирсона для выявления взаимосвязей между переменными, а также структурное моделирование с целью установления характера и силы влияния нейропсихологических факторов на уровень благополучного старения. При этом в качестве достоверных нами использовались данные, полученные при статистической обработке на уровне 0,05 и c2=1,613; количество степеней свободы – 1; степень вероятности – 0,204. Все расчеты производились в программах IBM SPSS Statistics 22 и Amos 22.

Результаты и их обсуждение

Анализ полученных в ходе исследования результатов показал, что среднее значение индекса благополучного старения (ИБС) по выборке – 397,94, что соответствует категории «ниже нормы». Высокие значения по субъективному благополучию выявлены у 26,55% опрошенных. У остальных участников исследования набраны баллы ниже средних нормативных показателей.
Анализ структуры компонентов благополучного старения показал, что на 1-м месте по выраженности оказалась шкала «Семья» (М=72,5), описывающая получение удовольствия от частого пребывания в кругу близких людей и теплые отношения с детьми, внуками, правнуками и другими родственниками. Вторая по выраженности шкала – «Личностный рост и позитивные эмоции» (М=58,9). На 3-м месте расположилась шкала «Работа и хобби» (М=57,5). Менее выраженные и приблизительно равные значения получены по шкалам «Здоровье» (М=54,3), «Социальное взаимодействие» (М=54), «Финансовое благополучие» (М=53,3) и «Временная перспектива» (М=53,6). 
Исследование нейропсихологических аспектов благополучного старения позволило уточнить, что у большинства обследованных нами пожилых лиц степень сохранности высших психических функций находилась в умеренных границах или ниже нормы (табл. 1). Учитывая, что примерно 1/2 выборки имела те или иные когнитивные нарушения, выявленные особенности можно считать вполне релевантными имеющимся симптомам. В целом эту часть выборки можно охарактеризовать как имеющую умеренное когнитивное снижение. У условно здоровых пожилых лиц наличие ошибок при выполнении заданий на гнозис, праксис, память, внимание и мышление носило не столь выраженный характер, однако скорость выполнения все же была невысокой по сравнению с нормативными показателями, свойственными лицам молодого и зрелого возраста.
Сравнивая нейропсихологические показатели у лиц с низким и высоким ИБС (табл. 2), мы установили, что по большинству измеряемых параметров лица с разным уровнем субъективного благополучия существенно не отличались.

1-7.png

Однако по таким показателям, как соматосенсорный гнозис, конструктивный праксис, смысловая память и точность антиципации (общий балл) лица с высоким ИБС набрали в среднем больше баллов (на уровне статистической тенденции). По уровню сохранности кратковременной памяти, произвольного внимания и скорости решения антиципациторных задач участники с высоким ИБС продемонстрировали более высокие показатели, и эти различия имели более высокую значимость. На основании этих данных можно судить о большей функциональной эффективности лобных отделов у пожилых людей, испытывающих более высокую удовлетворенность собственной жизнью. Вероятно, это связано с более высокой нейропластичностью, обеспечивающей произвольную саморегуляцию, контроль и высокую мотивацию достижений.
Результаты сравнительного анализа уровней антиципации у лиц с низким и высоким ИБС представлены на рис. 1. Как видно из представленной диаграммы, пожилые лица с высокими показателями субъективного благополучия демонстрируют более выраженный представленческий и речемысленный уровень антиципации, нежели лица с низким ИБС (0,01). Также для группы пожилых с более высоким субъективным благополучием характерна большая выраженность сенсомоторного уровня антиципациторных процессов (0,05). По перцептивному уровню достоверных различий выявлено не было.
Анализируя корреляции ИБС с основными высшими психическими функциями, мы установили, что субъективное благополучие на уровне тенденции положительно связано с кратковременной памятью и смысловой памятью и отрицательно связано со временем решения задач на прогнозирование (табл. 3). 

2-7.png

Эти данные, вероятно, свидетельствуют о высокой роли передних отделов головного мозга, слуховой коры и нейродинамических параметров когнитивных процессов в формировании субъективного благополучия. В то же время остальные нейропсихологические показатели, как оказалось, достоверно не связаны с благополучным старением.
С целью верификации данных, полученных с помощью корреляционного анализа Пирсона, мы использовали метод структурного моделирования, чтобы отсеять малозначимые нейропсихологические факторы (рис. 2). Анализ показал, что из всех исследованных нами нейропсихологических параметров наибольшее влияние на психологическое благополучие в позднем возрасте оказывают смысловая память и антиципация (скорость прогнозирования).
Высокий уровень благополучия в пожилом возрасте, таким образом, находится в определенной зависимости от способности запоминать, удерживать и воспроизводить наиболее важные и существенные события, явления, стороны и отношения предметов, а также от нейродинамической составляющей способности прогнозировать, предвосхищать события и с высокой скоростью принимать соответствующие решения.

Выводы

Исследование показало, что пожилые лица, вне зависимости от наличия у них соматической патологии или органических психических расстройств, могут испытывать сравнительно высокий уровень субъективного благополучия. Та часть выборки, которой свойственны показатели благополучного старения выше среднего, характеризуется более высокими параметрами соматосенсорного гнозиса, конструктивного праксиса, смысловой памяти, кратковременной памяти, произвольного внимания и антиципации. С одной стороны, как мы полагаем, этому способствует относительная сохранность нейродинамических факторов функционирования мозга. С другой стороны, и это подтверждают последние данные по когнитивной геронтологии [10, 15–17], людям с благополучным старением свойственна более развитая нейропластичность, за счет чего протекание основных высших психических функций становится возможным на оптимальном уровне даже в позднем возрасте.
Анализ влияния нейропсихологических показателей на ИБС показал, что наибольший вес среди нейрокогнитивных факторов имеют такие параметры, как антиципация и смысловая память. К смысловой памяти относится способность локальных систем головного мозга фиксировать, сохранять и корректно воспроизводить наиболее существенные связи между объектами и наиболее значимые события жизни. Антиципация предполагает предвосхищение результата собственных действий или какой-либо ситуации. Имея различные психологические уровни организации, как было установлено, антиципация у лиц с высоким ИБС характеризуется более сохранными перцептивным и речемысленным уровнями. Также отмечается и более высокая скорость решения заданий на прогнозирование, что подтверждает связь с нейродинамическими параметрами. 
В целом, полученные нами данные о роли нейропсихологических факторов в субъективном благополучии указывают на большое значение лобных (а именно премоторных и префронтальных) отделов в формировании субъективно-психологических характеристик благополучного старения.

Публикация подготовлена в рамках научно-исследовательского проекта, поддержанного грантом президента Российской Федерации (№МК-5837.2018.6, соглашение 
№075-02-2018-588). 

Сведения об авторах

Ерзин Александр Игоревич – канд. псих. наук, доц. каф. клинической психологии и психотерапии ФГБОУ ВО ОрГМУ. E-mail: alexerzini@gmail.com
Ковтуненко Анастасия Юрьевна – выпускница фак-та клин. псих. ФГБОУ ВО ОрГМУ. E-mail: a_ju_kovtunenko@mail.ru 
Антохин Евгений Юрьевич – канд. мед. наук, доц., зав. каф. клинической психологии и психотерапии ФГБОУ ВО ОрГМУ. E-mail: antioh73@yandex.ru 

Список исп. литературыСкрыть список
1. Будза В.Г., Антохин Е.Ю., Бомов П.О. Оренбургская психиатрия на рубеже веков. Хрестоматия. Т. I: Геронтопсихиатрия. Оренбург: Изд-во ОрГМА, 2014. / Budza V.G., Antokhin E.Iu., Bomov P.O. Orenburgskaia psikhiatriia na rubezhe vekov. Khrestomatiia. T. I: Gerontopsikhiatriia. Orenburg: Izd-vo OrGMA, 2014. [in Russian]
2. Дробижев М.Ю., Федотова А.В., Кикта С.В., Антохин Е.Ю. Фармакотерапия и деменция. Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. 2016; 116 (10): 110–16. / Drobizhev M.Iu., Fedotova A.V., Kikta S.V., Antokhin E.Iu. Farmakoterapiia i dementsiia. Zhurn. nevrologii i psikhiatrii im. S.S. Korsakova. 2016; 116 (10): 110–16. [in Russian]
3. Левада О.А., Траилин А.В. Распространенность психопатологических и поведенческих нарушений на этапах развития субкортикальной сосудистой деменции в пожилом и старческом возрасте. Психиатрия и психофармакотерапия. 2013; 15 (3): 63–8. / Levada O.A., Trailin A.V. Rasprostranennost' psikhopatologicheskikh i povedencheskikh narushenii na etapakh razvitiia subkortikal'noi sosudistoi dementsii v pozhilom i starcheskom vozraste. Psychiatry and Psychopharmacotherapy. 2013; 15 (3): 63–8. [in Russian]
4. Шахпанорова Н.В., Кадыков А.С. Сосудистая деменция и эффективность применения церебролизина. Психиатрия и психофармакотерапия. 2011; 13 (3): 36–40. / Shakhpanorova N.V., Kadykov A.S. Sosudistaia dementsiia i effektivnost' primeneniia tserebrolizina. Psychiatry and Psychopharmacotherapy. 2011; 13 (3): 36–40. [in Russian]
5. Christensen H. What cognitive changes can be expected with normal aging? Aust N Z J Psychiatry 2001; 35: 768–75.
6. Друзь В.Ф., Олейникова И.Н., Палаева Р.И. и др. Клинико-социальные предпосылки одинокого проживания психически больных позднего возраста. Доктор.Ру. 2017; 1 (130): 55–8. /
Druz' V.F., Oleinikova I.N., Palaeva R.I. i dr. Kliniko-sotsial'nye predposylki odinokogo prozhivaniia psikhicheski bol'nykh pozdnego vozrasta. Doktor.Ru. 2017; 1 (130): 55–8. [in Russian]
7. Baltes PB, Baltes MM. Psychological perspectives on successful aging: The model of selective optimization with compensation. In:
Baltes PB, Baltes MM, ed. Successful aging: Perspectives from the behavioral sciences. Cambridge, England: Cambridge University Press, 1990; p. 1–34.
8. Hartley A, Angel L, Castel A et al. Successful aging: The role of cognitive gerontology, Experimental Aging Research 2018; 44 (1): 82–93. DOI: 10.1080/0361073X.2017.1398849
9. Havighurst TJ. Successful aging. Gerontologist,1961; 1: 8–13. DOI: 11.1.8/1.1.8
10. Mora F. Successful brain aging: plasticity, environmental enrichment, and lifestyle. Dialogues Clin Neurosci 2013; 15: 45–52.
11. Rowe JW, Kahn RL. Human aging: Usual and successful. Science 1987; 237: 143–9.
12. Tangestani Fard M, Stough C. A Review and Hypothesized Model of the Mechanisms That Underpin the Relationship Between Inflammation and Cognition in the Elderly. Front Aging Neurosci 2019; 11: 56. DOI: 10.3389/fnagi.2019.00056. eCollection 2019.
13. Ерзин А.И., Семенова Т.С. В борьбе со стигмой. Психологическое благополучие гомосексуальных подростков: монография. М.: Библио-Глобус, 2016. / Erzin A.I., Semenova T.S. V bor'be so stigmoi. Psikhologicheskoe blagopoluchie gomoseksual'nykh podrostkov: monografiia. M.: Biblio-Globus, 2016. [in Russian]
14. Ерзин А.И., Ковтуненко А.Ю. Нейрокогнитивные функции при благополучном старении. Часть 1: современное состояние проблемы. Neurodynamics. Журн. клин. психологии и психиатрии. 2019; 1: 1–18. / Erzin A.I., Kovtunenko A.Iu. Neirokognitivnye funktsii pri blagopoluchnom starenii. Chast' 1: sovremennoe sostoianie problemy. Neurodynamics. Zhurn. klin. psikhologii i psikhiatrii. 2019; 1: 1–18. [in Russian]
15. Vance DE, Kaur J, Fazeli PL et al. Neuroplasticity and Successful Cognitive Aging: A Brief Overview for Nursing. J Neurosci Nurs 2012; 44 (4).
16. Vance DE, Crowe M. A proposed model of neuroplasticity and cognitive reserve in older adults. Activities, Adaptation and Aging 2006; 30 (3): 61–79. DOI: 10.1300/J016v30n03_04
17. Verny M, Moyse E, Krantic S. Successful Cognitive Aging: Between Functional Decline and Failure of Compensatory Mechanisms. Bio-Med Res Int 2015. Article ID 367407.
18. Геращенко Н.А., Ерзин А.И. Апробация методики «Индекс благополучного старения». Материалы 5-й международной научно-практической конференции «Душевное здоровье населения на границе Европы и Азии»; с. 48–56. / Gerashchenko N.A., Erzin A.I. Aprobatsiia metodiki "Indeks blagopoluchnogo stareniia". Materialy 5-i mezhdunarodnoi nauchno-prakticheskoi konferentsii "Dushevnoe zdorov'e naseleniia na granitse Evropy i Azii"; s. 48–56. [in Russian]
19. Балашова Е.Ю., Ковязина М.С. Методы нейропсихологической диагностики. Хрестоматия. М.: МПСИ, МОДЭК, 2009. / Balashova E.Iu., Koviazina M.S. Metody neiropsikhologicheskoi diagnostiki. Khrestomatiia. M.: MPSI, MODEK, 2009. [in Russian]
20. Родионова Т.А., Абдульманова Н.Р. Пилотажное исследование психометрических возможностей новой методики диагностики антиципации. Материалы Международного молодежного научного форума «ЛОМОНОСОВ-2016». М., 2016; с. 1–2. / Rodionova T.A., Abdul'manova N.R. Pilotazhnoe issledovanie psikhometricheskikh vozmozhnostei novoi metodiki diagnostiki antitsipatsii. Materialy Mezhdunarodnogo molodezhnogo nauchnogo foruma "LOMONOSOV-2016". M., 2016; s. 1–2. [in Russian]
Количество просмотров: 49
Предыдущая статьяАлкоголь, агрессия и исполнительские когниции (обзор литературы, сообщение 1)

Поделиться ссылкой на выделенное

Прямой эфир