Экоантибиотики: новая стратегия повышения эффективности антихеликобактерной терапии и профилактики антибиотикоассоциированной диареи*

Consilium Medicum №08 2013 - Экоантибиотики: новая стратегия повышения эффективности антихеликобактерной терапии и профилактики антибиотикоассоциированной диареи*

Номера страниц в выпуске:16-23
Для цитированияСкрыть список
Л.И.Буторова1, Т.Э.Плавник2 . Экоантибиотики: новая стратегия повышения эффективности антихеликобактерной терапии и профилактики антибиотикоассоциированной диареи*. Consilium Medicum. 2013; 8: 16-23
Язвенная болезнь – это хроническое рецидивирующее заболевание гастродуоденальной области, основным проявлением которого является образование язв слизистой оболочки желудка или двенадцатиперстной кишки, в большинстве случаев развивающихся на фоне хронического гастрита, вызванного инфекцией Helicobacter pylori.
H. pylori является основным этиологическим фактором развития язвенной болезни и ведущим патогенетическим механизмом этого заболевания, вызывая повреждение эпителия слизистой оболочки, снижая ее резистентность к действию других факторов агрессии, инициируя возникновение активного воспалительного процесса в слизистой оболочке и усиливая кислото- и пепсинообразование в желудочных железах.
В России инфицированность взрослого населения
H. pylori составляет 80%. Для людей, инфицированных H. pylori, риск развития язвенной болезни составляет 10–20%, а онкологических заболеваний желудка (аденокарциномы и МАLТ-лимфомы – лимфомы маргинальной зоны, ассоциированной со слизистыми) – 1–2% [1].
Антихеликобактерная терапия является основным стандартом лечения хеликобактерассоциированных заболеваний гастродуоденальной зоны, что отражено в международных соглашениях (Маастрихтские соглашения I–III соответственно 1996, 2000 и 2005 г.). После успешного проведения эрадикационной терапии рецидивы заболевания отмечаются лишь у 10–15% пациентов. В то же время при применении только антисекреторных препаратов, также способствующих сравнительно быстрому заживлению язв, в течение
1-го года после окончания терапии рецидивы заболевания наблюдаются примерно у 70–80% больных [1, 2].
Практически все современные схемы антихеликобактерной терапии базируются на использовании антибактериальных препаратов (АБП) и ингибиторов протонной помпы (ИПП). Цель лечения – полное уничтожение вегетативных и кокковых форм H. pylori в слизистой оболочке гастродуоденальной зоны (табл. 1).

4-t1-2.jpg

Согласно III Маастрихтскому консенсусу рекомендуется при планировании лечения инфекции H. pylori с самого начала предусматривать возможность его неэффективности. Это означает, что антихеликобактерную терапию 1 и 2-й линии следует рассматривать как единый блок возможного последовательного назначения схем эрадикационной терапии, представленных в табл. 2. При использовании резервных схем эрадикации выбор препарата определяется результатами бактериологического исследования с определением чувствительности H. pylori, в том числе и к препаратам 1-й линии, использовавшихся ранее [1–3].
В качестве стартового лечения инфекции H. pylori предлагается несколько возможных вариантов (см. табл. 2). Учитывая, что в России в крупных городах резистентность H. pylori к кларитромицину составляет от 19 до 40%, предпочтительной схемой антихеликобактерной терапии 1-й линии является назначение стандартной дозы ИПП (2 раза в сутки) в комбинации с кларитромицином (в дозе 500 мг 2 раза в сутки), амоксициллином (в дозе 1000 мг 2 раза в сутки) или метронидазолом (в дозе 500 мг 2 раза в сутки) на фоне приема висмута трикалия дицитрата (в дозе 120 мг 2 раза в сутки) в течение 14 дней. Добавление висмута позволяет сохранить кларитромицин в качестве компонента эрадикационной терапии 1-й линии. При использовании такой схемы назначения лекарственных средств эрадикация достигается в 93,7% случаев, и даже при наличии резистентных к кларитромицину штаммов H. pylori лечение оказывается успешным у 84,6% пациентов [3].
В настоящее время одной из наиболее перспективных схем лечения H. pylori считается последовательная терапия, получившая свое название, потому что состоит из 2 последовательных этапов. Курс последовательной терапии занимает 10 сут. Первые 5 дней (1-й этап) назначают ИПП в стандартной дозе 2 раза в сутки в сочетании с амоксициллином в дозе 1000 мг 2 раза в сутки, затем еще 5 дней (2-й этап) продолжают лечение ИПП в прежней дозировке в комбинации с кларитромицином в дозе 500 мг 2 раза в сутки и тинидазолом в дозе 500 мг 2 раза в сутки. Применение схемы последовательной терапии позволяет преодолеть антибиотикорезистентность пилорического хеликобактера и повысить процент успешной эрадикации до 82,2–97,5% [3].
У пациентов с выраженным атрофическим гастритом и гипо- или ахлоргидрией в качестве терапии 1-й линии рекомендуется 14-дневная схема, включающая висмут трикалия дицитрат в дозе 120 мг 4 раза в сутки, амоксициллин в дозе 1000 мг 2 раза в сутки и кларитромицин в дозе 500 мг 2 раза в сутки. Уровень эрадикации при такой схеме лечения составляет 84% [3].
Таким образом, ключевую роль в разных схемах антихеликобактерной терапии играют следующие АБП:
1) амоксициллин;
2) кларитромицин;
3) висмут трикалия дицитрат.
Подбор препаратов для комбинированного эрадикационного лечения H. pylori не случаен. Дело в том, что данный микроорганизм по ряду причин является «трудной мишенью» для антибактериального воздействия. Во-первых, он заселяет особую среду обитания – располагается на поверхности эпителиоцитов желудка под слоем слизи в условиях активной кислой секреции, в то время как многие антибиотики не обладают способностью создавать высокие концентрации активного вещества в слизистой оболочке желудка, слизи, желудочном соке и в кислой среде активность антибиотиков может уменьшаться (например, возрастают значения минимальной подавляющей концентрации). Во-вторых, проблемой может служить генетическая и приобретенная устойчивость H. pylori к целому ряду АБП (табл. 3).

4-t3.jpg

Одним из первых антибиотиков, успешно применявшихся в схемах антихеликобактерной терапии, был амоксициллин. Этот препарат не утратил своего значения и в настоящее время. Амоксициллин – антибиотик широкого спектра действия группы полусинтетических пенициллинов, характеризуется низким уровнем резистентности (опубликованы единичные сообщения о выделении резистентных штаммов, а их распространенность в популяции не превышает 1%), хорошей всасываемостью, высокой биодоступностью (93%) и кислотоустойчивостью. Время достижения максимальной концентрации после перорального приема 1–2 ч. Частично метаболизирует с образованием неактивных метаболитов. Период полувыведения 1–1,5 ч. Выводится на 50–70% почками в неизмененном виде путем канальцевой экскреции (80%) и клубочковой фильтрации (20%), печенью – на 10–20% [2].
Высокая активность против H. pylori связана с нарушением синтеза клеточной оболочки микроба. Бактерицидное действие амоксициллина основано на сходстве его строения с аланин-аланином, или аланин-глутамином, что обусловливает связывание препарата с транспептидазами и карбоксипептидазами (пенициллинсвязывающими белками) и повреждение пептидогликана (опорный белок клеточной оболочки H. pylori) в период деления и роста микроба, что приводит к лизису бактерий (рис. 1). Хотя амоксициллин кислотоустойчив, важным условием для обеспечения его антихеликобактерного действия является подавление секреции соляной кислоты в желудке до уровня водородного показателя pH 4,5–5,0. Это возможно только при условии одновременного назначения достаточных доз ИПП (см. рис. 1) [2].4-1.jpg
К базовым антихеликобактерным препаратам относится кларитромицин. Кларитромицин является современным представителем макролидов с липофильными свойствами, что обеспечивает легкость проникновения лекарственного средства через гистогематологические барьеры и возможность его накопления в слизистой оболочке желудка и двенадцатиперстной кишки. Концентрация кларитромицина в тканях в 10–100 раз превышает таковую в плазме крови. При приеме внутрь кларитромицин устойчив к воздействию соляной кислоты (в 100 раз устойчивее по сравнению с эритромицином). Он быстро всасывается в желудочно-кишечном тракте (скорость достижения пиковой концентрации в плазме 1,8–2,8 ч). Биодоступность препарата составляет 52–55%, а период полувыведения при приеме в дозе 500 мг 2 раза в сутки – 7–8 ч. Кларитромицин активно метаболизируется в печени цитохромом Р-450 с образованием разных метаболитов (не менее 8), один из которых – 14-гидроксикларитромицин (14ГОКМ) сохраняет клинически значимую антимикробную активность. При этом в отношении чувствительных возбудителей у кларитромицина и его метаболита 14ГОКМ наблюдается аддитивный, или синергетический, эффект. В связи с этим эффект антибиотика in vivo может быть выше, чем in vitro. Прием пищи непосредственно перед назначением препарата немного замедляет начало всасывания кларитромицина, но не влияет на его биологическую доступность и образование активного метаболита 14ГОКМ.
Действие кларитромицина связано с блокадой синтеза белка за счет обратимого соединения с 50S-субъединицей рибосомы и является бактериостатическим. Однако при достижении в очаге инфекции концентрации, в 2–4 раза превышающей минимальную подавляющую концентрацию, он может оказывать и бактерицидное действие. Действует на вне- и внутриклеточно расположенных возбудителей. Поддержание в желудке показателя рН от 3 и более с помощью антисекреторных препаратов резко тормозит процесс деградации кларитромицина, обеспечивая высокую концентрацию препарата в желудке. Кларитромицин обладает выраженной противовоспалительной активностью, обусловленной его способностью ингибировать продукцию провоспалительных и стимулировать синтез противовоспалительных цитокинов [1, 4]. Новые данные об антихеликобактерной активности кларитромицина были получены после открытия феномена бактериальных биопленок. 99% микроорганизмов, к которым относится и H. pylori, существуют не в виде отдельно живущих микроорганизмов, а в составе сложноорганизованных сообществ – биопленок. Биопленка – организованное динамическое сообщество микроорганизмов, заключенных в полимерный матрикс, ими же синтезируемый и тесно связанный с подлежащей поверхностью. За счет кооперации и обмена информацией между бактериями, объединенными в биопленке, существенно возрастает их выживаемость. Полимерный матрикс оберегает бактериальные клетки от воздействия неблагоприятных факторов внешней среды, реакций иммунной системы макроорганизма и действия антибиотиков. Кларитромицин обладает способностью разрушать полисахаридный матрикс бактериальных биопленок, тем самым значительно увеличивая его проницаемость для других специфических антибактериальных средств (рис. 2).4-2.jpg
Кларитромицин проявляет синергизм с ИПП у 91% изученных штаммов H. pylori. Он обеспечивает самую высокую степень эрадикации в сравнении с монотерапией любым другим антибиотиком. А сочетание в антихеликобактерной терапии кларитромицина и препаратов висмута позволяет эффективно воздействовать даже на штаммы H. pylori, устойчивые к этому антибиотику [1, 4].
Препараты висмута в силу особенностей фармакодинамики и фармакокинетики занимают особое место в режимах антихеликобактерной терапии. К особенностям препаратов висмута относятся: 1) многокомпонентный механизм действия в отношении H. pylori: антихеликобактерный эффект связан с подавлением подвижности и адгезии бактерий к эпителиоцитам, а также с преципитацией висмута на мембране бактериальной клетки с последующим нарушением ее проницаемости и гибелью микроорганизма; 2) практически отсутствие резистентности H. pylori; 3) наличие «неантибиотических эффектов», оказывающих потенцирующее действие при заболеваниях желудка, – обволакивающее, противовоспалительное, цитопротективное; 4) способность потенцировать действие других антимикробных препаратов [3].
Итак, основными средствами базисной терапии
H. pylori-ассоциированных заболеваний гастродуоденальной зоны являются антисекреторные препараты и АБП. Но и ИПП, и особенно антибиотики при проведении эрадикационной терапии могут приводить к нарушению динамического равновесия симбиотной флоры желудочно-кишечного тракта.
Антисекреторные препараты снижают барьерную функцию кислого желудочного содержимого для патогенной флоры. На фоне длительного применения ИПП наблюдается избыточный рост микроорганизмов в тонкой кишке (синдром избыточного бактериального роста).
АБП подавляют облигатную микрофлору толстой кишки и индуцируют рост, размножение, а затем и доминирование условно-патогенных и патогенных бактерий, которые оказались резистентными к действию применявшихся антибиотиков (дисбактериоз). С утратой индигенной микрофлоры толстой кишки с ее протективными свойствами и участием в метаболических, иммунологических и пищеварительных процессах снижается резистентность организма, нарушаются обменные и трофические функции.
Комплекс патологических сдвигов в составе кишечной микрофлоры с соответствующими клиническими проявлениями, связанный с дисбактериозом, развившимся вследствие применения антибиотиков, обозначается как антибиотикассоциированная диарея (ААД). Необходимо отметить, что антихеликобактерная терапия сопровождается развитием дисбиоза кишечника у большинства пациентов, что значительно ухудшает переносимость и приверженность терапии, а у 5–30% больных развивается ААД [5].
ААД называют 3 эпизода и более неоформленного стула в течение 2 или более последовательных дней, развившихся на фоне применения АБП. В большинстве случаев симптомы диареи развиваются на 4–10-й день после начала терапии, однако у 1/3 пациентов могут появляться и спустя 4 нед после отмены антибиотиков. Причина этого кроется, по-видимому, в том, что после подавления антибиотиком эубиотной микрофлоры толстой кишки требуется определенное время для роста и размножения условно-патогенной флоры, ответственной за развитие диареи.
Отмечена отчетливая зависимость частоты развития ААД от принятой дозы антибиотика и продолжительности его приема (меньше 3 дней, больше 7 дней).
В 80–90% случаев развитие ААД не связано с определенным (конкретным) возбудителем. Среди микробов возбудителей фигурируют: Staphylococcus aureus, Clostridium perfringens, Clostridium difficile, энтеропатогенные штаммы Escherichia coli, Salmonella, Klebsiella oxitoxa, а также, возможно, грибы рода Candida. У части больных (примерно в 1% случаев) прием антибиотиков вызывает развитие наиболее тяжелой клинической формы ААД-псевдомембранозного колита [5].
По этой причине перспективным направлением при лечении хеликобактерной инфекции является применение экоантибиотиков [6, 7].
Экоантибиотик содержит стандартную дозировку антибиотика и пребиотик – лактулозу в особой инновационной форме ангидро. Препараты этого класса биоэквивалентны оригинальным препаратам антибиотиков, а по профилю безопасности значительно превосходят их за счет включения в них самого эффективного пребиотика – лактулозы. Фармкомпозиция антибиотика с пребиотиком направлена на предупреждение и/или нивелирование дисбиотических расстройств кишечника, мобилизацию метаболического потенциала нормофлоры при проведении антихеликобактерной терапии.
Экоантибиотики выпускаются в таблетках, покрытых пленочной оболочкой. Таблетки содержат 250 мг или 500 мг антибиотика и пребиотические дозы лактулозы – 300 мг или 600 мг соответственно. Каждый экоантибиотик имеет заключение о биоэквивалентности оригинальному представителю класса антибиотиков по противомикробной активности (табл. 4).

4-t4-5-6.jpg

Лактулоза в форме ангидро принципиально отличается от обычной лактулозы, входящей в состав других лекарственных препаратов, высочайшей степенью очистки, ее состав на 97–99% представлен исключительно дисахаридом лактулозой. Обычная лактулоза применяется в фармацевтике в форме 66% сиропа и содержит значительное (до 30%) количество остаточных сахаров в виде примесей (галактоза, лактоза, тагатоза, эпилактоза, фруктоза). Кроме того, в экоантибиотиках лактулоза содержится в пребиотических дозах, что не вызывает метеоризма и не ускоряет моторику кишечника.
Ekolevid(A4).jpgЛактулоза является синтетическим дисахаридом, в котором каждая молекула галактозы связана b-1-4-связью с молекулой фруктозы. Эта связь и является той причиной, по которой лактулоза не разрушается пищеварительными ферментами человека, проходит через желудочно-кишечный тракт и достигает толстой кишки в неизмененном виде. В толстой кишке лактулоза является идеальным питательным субстратом для бифидобактерий и других лактатпродуцирующих микроорганизмов, поэтому избирательно способствует росту этих бактерий, тогда как потенциально патогенные микроорганизмы типа E. coli, Clostridium, Candida, Salmonella с трудом метаболизируют этот дисахарид. Рост сахаролитической микрофлоры кишечника приводит к конкурентному торможению роста протеолитической микрофлоры, что снижает продукцию энтеро- и цитотоксинов. Последние также разрушаются протеазами, синтезируемыми бифидо- и лактобактериями. В разных исследованиях было доказано, что даже низкие дозы лактулозы значительно повышают уровень бифидобактерий, лактобактерий и понижают уровень бактероидов, клостридий, эшерихий, эубактерий, а также грибов Candida albicans.
В результате гидролиза лактулозы в толстой кишке образуются органические короткоцепочные жирные кислоты – молочная, уксусная, масляная и пропиновая, подавляющие рост патогенных микроорганизмов и уменьшающие вследствие этого продукцию азотсодержащих токсических веществ. Короткоцепочные жирные кислоты утилизируются макроорганизмом, что сопровождается абсорбцией воды из просвета кишки и уменьшением толстокишечного содержимого.
Скорость бактериальной ферментации лактулозы, т.е. ее усвояемость кисломолочными бактериями, и минимальная энергозатратность этой ферментации обеспечивают быстрый рост нормофлоры кишечника (бифидогенный эффект) и, следовательно, высокую терапевтическую и профилактическую эффективность даже минимальных количеств лактулозы, содержащихся в экоантибиотиках. Подсчитано, что 1 г лактулозы обеспечивает тот же бифидогенный эффект, что и 7–10 г прочих олигосахаридов (диетических волокон), обладающих пребиотическим эффектом.
Таким образом, лактулоза в составе экоантибиотиков Экозитрина и Экобола при проведении антихеликобактерной терапии, являясь пищевым субстратом для нормофлоры кишечника, стимулирует всю популяцию полезных бактерий, оказывает протективное действие на бифидо- и лактобактерии, уменьшает явления интоксикации и нивелирует риск развития побочных эффектов, связанных с приемом антибиотиков. При этом суточные дозы лактулозы (от 1,2 до 3,6 г) полностью метаболизируются облигатной микрофлорой и не оказывают влияния на моторику кишечника.
Благодаря своему уникальному составу экоантибиотики обладают лучшей переносимостью, чем обычные антибиотики, что позволяет рекомендовать их пациентам для проведения антихеликобактерной терапии.

Цель исследования – изучить эффективность эрадикационной терапии с включением экоантибиотиков Экобол® и Экозитрин® и осуществить сравнительный анализ влияния экоантибиотиков и традиционных антибиотиков-аналогов, входящих в стандартные схемы антихеликобактерной терапии, на состояние кишечного микробиоценоза.
Под наблюдением находились 55 пациентов с язвенной болезнью с локализацией язвенного дефекта в луковице двенадцатиперстной кишки в возрасте от 18 до 68 лет (средний возраст 37,3 года). Подавляющее большинство пациентов имели типичную клиническую картину язвенной болезни, у 5 (9,1%) пациентов определялись только эндоскопические признаки язвенной болезни.
В зависимости от получаемой схемы эрадикационной терапии все пациенты были разделены на 2 группы: в 1-й группе (n=27) в схему терапии были включены экоантибиотики: Экобол® 1000 мг 2 раза в сутки, Экозитрин® 500 мг 2 раза в сутки, рабепразол 20 мг 2 раза в сутки; пациенты 2-й группы (n=28) принимали амоксициллин 1000 мг 2 раза в сутки, кларитромицин 500 мг 2 раза в сутки, рабепразол 20 мг 2 раза в сутки. Антихеликобактерная терапия проводилась 14 дней.
Всем пациентам проводили общетерапевтическое и клинико-лабораторное обследование (клинический анализ крови, общий анализ мочи, копрограмма, биохимическое исследование крови: аланинаминотрансфераза (АЛТ), аспартатаминотрансфераза (АСТ), щелочная фосфатаза, билирубин, креатинин, азот мочевины). Фиброгастродуоденоскопия выполнялась всем пациентам со взятием биопсии из слизистой оболочки края язвы. Для выявления H. pylori использовали окраску по Гимзе. Инфицированность H. pylori изучалась с помощью уреазного теста и гистологического анализа. Материалом для исследования на дисбиоз кишечника служили фекалии, взятые из последней порции стула, полученного утром в день исследования. Анализ характера роста микроорганизмов производился на элективных питательных средах.

Результаты и обсуждение
На фоне эрадикационной терапии регресс основных клинических проявлений заболевания (болевой синдром, изжога) наблюдался у всех обследованных больных. Не зафиксировано изменений уровней АСТ, АЛТ, креатинина, азота мочевины, глюкозы, амилазы плазмы крови, эритроцитов и гемоглобина.
Побочные эффекты эрадикационной терапии (тошнота, диарея) у пациентов, получавших экоантибиотики, отмечались значительно реже по сравнению с пациентами, которым проводилось лечение традиционными антибиотиками-аналогами (29,6 и 60,7% соответственно). Выраженность тошноты у пациентов как в 1-й, так и во 2-й группе не требовала симптоматической коррекции. 2 пациентов 2-й группы из-за выраженной диареи досрочно (на 5 и 7-й день) прекратили прием амоксициллина и кларитромицина. Послабления стула негативно сказывались на качестве жизни пациентов и требовали симптоматической коррекции: 9 пациентов 2-й группы принимали пробиотик Энтерол по 1 капсуле 3 раза в сутки. Большинство пациентов – 25 (92,6%) человек отметили хорошую переносимость экоантибиотиков (табл. 5, рис. 3).4-3.jpg
При общем копрологическом исследовании на фоне антихеликобактерной терапии с включением экоантибиотиков у пациентов 1-й группы отмечена нормализация копрологических показателей; у пациентов 2-й группы – увеличение проявлений синдрома мальдигестии, что, возможно, обусловлено нарушением процессов всасывания в тонкой кишке, ускоренной эвакуацией из толстой кишки вследствие усугублений кишечного дисбиоза на фоне применения антибиотиков (табл. 6, рис. 4).4-4.jpg
У 41 (74,5%) пациента до начала антихеликобактерной терапии уже отмечались признаки кишечного дисбиоза, и в первую очередь снижение числа бифидобактерий, у 33 (60%) пациентов – уменьшение количества лактобактерий. Полученные данные свидетельствуют, что включение экоантибиотиков в схему эрадикационной терапии способствовало значимому улучшению состава микрофлоры кишечника. Так, по завершении лечения у пациентов, принимавших Экобол® и Экозитрин®, у 13 (48%) человек выявлено достоверное увеличение количества бифидобактерий и у 9 (33%) – нормализация уровня лактобактерий. Так, по завершении лечения лишь у 7 (25,9%) пациентов 1-й группы выявлено снижение бифидобактерий и у 9 (33,3%) – уменьшение количества лактобактерий. Во 2-й группе пациентов, принимавших традиционные антибиотики, отмечено угнетение роста представителей нормофлоры у 26 (92,7%) пациентов. Во 2-й группе по завершении приема антибиотиков не только возросло число пациентов со сниженным количеством бифидобактерий и лактобактерий, но и у 29 (67,9%) пациентов в повышенном количестве стали определяться грибы рода Candida.
Таким образом, благодаря наличию в составе антибиотиков лактулозы, в процессе антихеликобактерной терапии Экозитрином и Экоболом поддерживался нормальный кишечный микробиоценоз, тогда как применение традиционных антибиотиков вызвало дисбаланс кишечного микробиоценоза и значительно повысило риск развития кандидоза (табл. 7, 8, рис. 5).


4-t7-8-9.jpg

Достижение эрадикации Н. pylori было зафиксировано у 22 (81,5%) пациентов 1-й группы и у 16 (57,1%) пациентов 2-й группы, что может зависеть от более четкого соблюдения комлаентности терапии пациентами, принимавшими экоантибиотики из-за лучшей их переносимости.
Нейтрофильная и лимфоцитарная инфильтрация слизистой оболочки краев язвенного дефекта до начала проведения эрадикационной терапии отмечалась у всех пациентов, включенных в исследование. Успешная эрадикация у пациентов обеих групп (1-я группа – 22 человека и 2-я группа – 16 человек) способствовала восстановлению нормального состояния воспаленной слизистой оболочки, что проявлялось исчезновением ее инфильтрации полиморфно-ядерными лейкоцитами. Но морфологические признаки хронического воспаления с лимфоцитарной инфильтрацией слизистой оболочки сохранялись у 24 (43,6%) человек – у 11 (40,7%) пациентов 1-й группы, у 13 (46,4%) пациентов 2-й группы – и через 4 нед по завершении терапии (что согласуется с литературными данными [8]). Однако отмечено, что включение в эрадикационную терапию экоантибиотиков приводит к достоверному уменьшению количества пациентов с иммуновоспалительными изменениями эпителия слизистой оболочки после курса терапии. Лишь у 3 (11,1%) пациентов 1-й группы по завершении лечения отмечалась плазмоцитарная инфильтрация по сравнению с 15 (53,6%) пациентами 2-й группы, которым проводилась традиционная антибиотикотерапия (табл. 9, рис. 6). Полученные данные позволяют предположить, что сохранение нормального микробиоценоза кишечника повышает иммунный статус организма, что в свою очередь способствует увеличению эффективности эрадикационной терапии.4-5.jpg
Таким образом, результаты исследования показывают несомненное преимущество экоантибиотиков в схемах эрадикационной терапии по сравнению с традиционными антибиотиками-аналогами. Включение в схемы антихеликобактерной терапии Экобола и Экозитрина нивелирует характерные для антибиотиков нежелательные явления, связанные с их неблагоприятным воздействием на состояние микробиоценоза кишечника. Экоантибиотики препятствуют развитию ААД; не вызывают кандидозов.4-6.jpg
Также очень важно, что экоантибиотики в процессе антихеликобактерной терапии обеспечивают повышение эффективности эрадикационной терапии вследствие того, что они обладают лучшей терапевтической переносимостью, чем традиционные обычные антибиотики, повышают приверженность пациентов лечению и позволяют добиться высокого комплаенса по соблюдению режимов приема препаратов.


Индекс лекарственных препаратов:
Амоксициллин: Экобол® (АВВА РУС)
Кларитромицин: Экозитрин® (АВВА РУС)

Список исп. литературыСкрыть список
1. Современные аспекты фармакотерапии гастроэнтерологических заболеваний. Сборник избранных научно-медицинских статей журнала «Фарматека». Под ред. И.В.Маева. М.: Бионика, 2012.
2. Самсонов А.А. Антибиотики схем эрадикации Helicobacter pylori. Чем мы ограничены в выборе препаратов? Рос. журн. гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии. 2008; 18 (4): 63–8.
3. Маев И.В., Самсонов А.А., Андреев Д.Н., Кочетов С.А. Эволюция представлений о диагностике и лечении инфекции Helicobacter pylori. По материалам консенсуса Маастрихт-IV, Флоренция, 2010. Вестн. практического врача. 2012; 1 (Спецвыпуск).
4. Дехнич Н.Н., Козлов С.Н. Кларитромицин (клацид) – роль в эрадикации Helicobacter pylori-инфекции. Фарматека. 2007; 13: 1–6.
5. Циммерман Я.С. Гастроэнтерология: руководство. М.: ГЭОТАР-Медиа, 2012.
6. Сурков А.Н. Современные технологии в лечении и профилактике антибиотик-ассоциированной диареи у детей. Вопр. соврем. педиатрии. 2011; 5: 146–51.
7. Черников В.В., Сурков А.Н. Антибиотик-ассоциированная диарея у детей: принципы профилактики и лечения. Вопр. соврем. педиатрии. 2012; 12: 48–55.
8. Tulassay Z, Stolte M, Engstrand L et al. Twelve-month endoscopic and histological analysis following proton-pump inhibitor-based triple therapy in Helicobacter pyloripositive patients with gastric ulcers. Scand J Gastroenterol 2010; 45: 1048e58.
Количество просмотров: 2609
Предыдущая статьяЭффективность эрадикационной терапии и комплаентность пациента
Следующая статьяЭффективность пантопразола (Нольпазы) при однократном утреннем приеме 40 мг у больных гастроэзофагеальной рефлюксной болезнью: исследование PAN-STAR

Поделиться ссылкой на выделенное