Клинико-терапевтические аспекты расстройств тревожного спектра в дерматологической практике (опыт применения Афобазола) №01 2016

Психиатрия Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина - Клинико-терапевтические аспекты расстройств тревожного спектра в дерматологической практике (опыт применения Афобазола)

Номера страниц в выпуске:29-33
Для цитированияСкрыть список
И.Ю.Дороженок. Клинико-терапевтические аспекты расстройств тревожного спектра в дерматологической практике (опыт применения Афобазола). Психиатрия и психофармакотерапия им. П.Б. Ганнушкина. 2016; 01: 29-33
Тревожные расстройства в дерматологической практике представлены широким спектром психосоматических и пограничных психических состояний: стрессогенные провокации кожного заболевания (стресс-реактивные дерматозы), нозогенные реакции, генерализованное тревожное и соматоформное расстройства. Для назначения адекватной терапии важно комплексно оценить структуру коморбидных дерматозам психических расстройств, личностного преморбида и соматоперцептивных акцентуаций пациентов, особенности дерматологического статуса и динамики кожного процесса с учетом фармакологического профиля используемых психотропных средств: Афобазол и другие препараты первого ряда.
Ключевые слова: психодерматология, хронические дерматозы, психофармакотерапия, анксиолитики, Афобазол, тревожные расстройства, соматоформные расстройства, нозогенные реакции.
igordoro@mail.ru
Для цитирования: Дороженок И.Ю. Клинико-терапевтические аспекты расстройств тревожного спектра в дерматологической практике (опыт применения Афобазола). Психиатрия и психофармакотерапия. 2016; 18 (1): 29–33.

Clinical and therapeutic aspects of anxiety disorders range in dermatological practice (experience using Аfobazol)

I.Yu.Dorozhenok
I.M.Sechenov First Moscow State Medical University of the Ministry of Health of the Russian Federation. 119991, Russian Federation, Moscow, ul. Trubetskaia, d. 8, str. 2;
Mental Health Research Center. 115522, Russian Federation, Moscow, Kashirskoe sh., d. 34

Anxiety disorders in dermatological practice presents a wide range of psychosomatic and borderline mental disorders: the stressors provoking skin disease (stress -reactive dermatoses), nosogenic reactions, generalized anxiety and somatoform disorders. For the purpose of adequate therapy is important to comprehensively assess the structure of dermatoses comorbid mental disorders and premorbid personality somatopertseptiv accentuation of patients, especially dermatological status and dynamics of skin process, taking into account the pharmacological profile of use of psychotropic drugs: afobazol and other first-line drugs.
Key words: psychodermatology, chronic dermatoses, psychopharmacotherapy, anxiolytics, Afobazol, anxiety disorders, somatoform disorders, nosogenic reaction.
igordoro@mail.ru
For citation: Dorozhenok I.Yu.Clinical and therapeutic aspects of anxiety disorders range in dermatological practice (experience using Afobazol). Psychiatry and Psychopharmacotherapy. 2016; 18 (1): 29–33.

Введение

В амбулаторной дерматологической практике распространенность психических расстройств в среднем составляет 21–34% [1], в то время как среди стационарных пациентов этот показатель достигает 31–60% [2]. В отличие от других областей психосоматики психическая патология в дерматологической практике представлена в рамках завершенного (включающего все классификационные составляющие) психосоматического континуума: от психотических и соматоформных расстройств, не имеющих дерматологического обоснования, до неглубоких тревожных нарушений при хронических дерматозах [3].
Соматизированная тревога представляет собой одну из составляющих органных неврозов, при которых соматовегетативные проявления и сопряженные с ними тревожные опасения адресованы, как правило, лишь одной органной системе (кардионевроз, гипервентиляционный синдром, синдром раздраженного кишечника и др.). При кожном органном неврозе в клинической картине доминирует соматоформный (психогенный) зуд [4]: диффузное чувство жжения, жара, напряжения, стягивания или распирания, сухости или мокнутия с изменчивой локализацией, не приводящей к расчесам кожного покрова как при невротических экскориациях. Такой зуд воспринимается больными как симптом аллергического либо контагиозного заболевания (например, чесотки или герпеса, а при их исключении – какого-либо нераспознанного дерматоза).
Детальное изучение патогенеза кожных заболеваний, в частности, исследования обмена и функций нейропептидов, во многом предопределяющих течение патофизиологических процессов при атопическом дерматите, псориазе, рецидивирующем простом герпесе и ряде других дерматозов, позволяет объективизировать механизмы психогенного воздействия на кожный процесс. Полученные данные подтверждают значимую роль тревожного компонента в структуре психических травм на фоне неблагоприятных ситуаций в развитии и течении заболеваний, относимых к психосоматическим [5, 6].
К психическим расстройствам, провоцированным дерматологической патологией, относятся нозогенные реакции и развития личности при хронических дерматозах («вторичные психические расстройства»), «психические расстройства, возникающие вследствие обезображивающих или угрожающих жизни дерматозов», которые встречаются с частотой 20,6%, а у больных с зудящими дерматозами – 70% [7].
Клиническая интерпретация особенностей накопления психопатологических нарушений, провоцированных кожным заболеванием («вторичных психических расстройств»), также существенно выделяет психодерматологию из других разделов психосоматической медицины. Прежде всего речь идет о формирующихся при незначительной тяжести кожного заболевания нарушениях образа тела – латентного или акцентуированного конституционального паттерна самовосприятия в виде уникального «интрапсихического представления» о собственной физической внешности [8].
«Уродующий эффект» дерматозов рассматривается зарубежными авторами в качестве фактора, провоцирующего целый спектр «вторичных» психических расстройств. Хотя большинство кожных заболеваний с точки зрения витальной угрозы относятся к легким, не сопровождающимся риском летального исхода, тем не менее психотравмирующее воздействие ряда дерматозов, например, таких как акне, существенно превосходит влияние других лишающих внешней привлекательности повреждений (например, ожирение или рубцы на открытых участках тела) и может достигать уровня, сопоставимого с последствиями жизнеугрожающих или инвалидизирующих заболеваний [9].
Ведущим методом лечения психических расстройств в дерматологической практике является психофармакотерапия. Наряду с медикаментами используются фито- и психотерапия. В настоящее время при лечении психических расстройств в дерматологической практике используются преимущественно психотропные средства первого ряда: антидепрессанты новых поколений, анксиолитики, «малые» нейролептики, современные атипичные антипсихотики.
Безопасность применения анксиолитиков в психосоматике связана с большим разрывом между терапевтическими и летальными дозами, отсутствием неблагоприятных влияний на деятельность функциональных систем организма и интеракции с соматотропными препаратами. Транквилизаторы бензодиазепинового ряда наиболее показаны для снятия острых анксиозных состояний (панических атак). При длительном применении бензодиазепинов происходит нарастание толерантности и формирование лекарственной зависимости, поэтому курс лечения данными препаратами крайне ограничен. Развитие нежелательных явлений, в том числе поведенческой токсичности, существенно ограничивает использование бензодиазепинов в психосоматике. Применение отечественного транквилизатора Афобазола, который относится к производным меркаптобензимидазола и не является агонистом бензодиазепиновых рецепторов, существенно расширяет возможности терапии пограничных психических и психосоматических расстройств тревожного спектра в психодерматологии.
В современных обзорах ведущих отечественных исследователей, посвященных клинико-терапевтическим аспектам тревожных расстройств в разных областях психосоматической медицины, особое внимание уделяется применению Афобазола в дерматологической практике. Авторы отмечают, что у пациентов с хроническими дерматозами и сочетанными психогенными тревожными реакциями терапевтический эффект препарата проявляется как редукцией когнитивной (ипохондрической) тревоги, неизменно сопутствующей данному виду дерматологической патологии, так и снижением выраженности соматовегетативных проявлений тревожных расстройств [10–12].
В работе И.А.Обгольц (2010 г.) [13] на выборке 108 пациентов с розацеа группа из 30 человек получала в комплексе с традиционной и противокандидозной терапией анксиолитик небензодиазепинового ряда Афобазол для коррекции психосоматического статуса в суточной дозе 30 мг. Длительность терапии составила 28 дней. Показатели дерматологического индекса качества жизни (ДИКЖ) достоверно повысились у подавляющего большинства пациентов: значительное улучшение отмечено у 60,0%, незначительное – у 33,3%.
При оценке состояния пациентов по шкале тревоги Гамильтона (Hamilton Anxiety Rating Scale – HARS) редукция психической тревоги составила 56,6%, соматической тревоги – 64,1%, а общий балл тревоги за 4 нед терапии снизился на 57,7% от исходного уровня. Автор отмечает, что многообразие и сложность этиопатогенетических механизмов в развитии розацеа предполагают дифференцированный подход к лечению разных клинических форм данного дерматоза. Результаты исследования свидетельствуют о целесообразности оценки выраженности психоэмоциональных нарушений для определения показаний к назначению психокорригирующей терапии. Полученные в ходе исследования данные позволили автору разработать алгоритм ведения больных с длительным рецидивирующим течением розацеа, включающий применение Афобазола.
Н.В.Кунгуров, Н.Н.Филимонкова, К.А.Чуверова (2010 г.) [14] апробировали оригинальную схему комплексной терапии пациентов с вульгарным псориазом в зависимости от клинических проявлений и характера течения дерматоза, включающую фотохимиотерапию (ФХТ) и Афобазол, который назначался с первого дня лечения в суточной дозе 30 мг.
У пациентов с прогрессирующей стадией вульгарного псориаза, длительностью заболевания или обострения 1 мес, величиной индекса распространенности и тяжести псориаза (Psoriasis Area and Severity Index – PASI) от 10 до 20 баллов и со средним уровнем тревожности (5–25 баллов) продолжительность терапии Афобазолом составляла 14 дней. У пациентов с затяжным, торпидным течением псориатического процесса, длительностью обострения более 2 мес, величиной PASI>20 баллов – 21 и 28 дней при высоком и очень высоком уровне тревожности соответственно.
Основную выборку составили 30 больных вульгарным псориазом в прогрессирующей и стационарной стадиях псориатического процесса, у которых стресс служил триггерным фактором, и имевших средний, высокий и очень высокий уровень тревожности по шкале Тейлора. Среднетяжелый и тяжелый псориатический процесс характеризовали средняя величина индекса PASI 23,4±2,0 и высокий ДИКЖ 19,6±2,0.
Контрольную группу составили 30 пациентов со стрессиндуцированным вульгарным псориазом, прогрессирующей и стационарной стадии, среднетяжелым и тяжелым течением, сходными средними величинами индексов PASI (19,0±2,5) и ДИКЖ (20,0±1,9). Пациенты данной группы получали курс ФХТ и наружной терапии.
Как показало сравнение с монотерапией ФХТ (контрольная группа), клиническая эффективность комбинированного метода терапии характеризуется более значимым снижением индекса PASI (в 1,7 раза), сокращением количества процедур (в среднем на 4 процедуры), уменьшением суммарной дозы ультрафиолетового облучения, сокращением длительности госпитального этапа лечения на 6–7 койко-дней, снижением частоты побочных явлений ФХТ и значительным увеличением срока ремиссии псориаза – на 6 мес.
Исследование А.Н.Тимофеевой, И.И.Бобынцева, Л.В.Силиной (2014 г.) [15] с участием 98 больных хронической формой идиопатической экземы в стадии обострения включало две группы, стандартизованные по полу, возрасту, течению заболевания, психоэмоциональным характеристикам, наличию сопутствующей патологии. В 1-й группе (n=50) пациенты получали стандартное дерматологическое лечение. Вторая группа (n=48) наряду со стандартной терапией получала Афобазол в суточной дозе 30 мг, разделенной на 3 приема по 10 мг.
К концу курса лечения значение ДИКЖ в группе больных, получавших Афобазол, уменьшилось на 61% (p<0,001) по сравнению с его значениями до начала терапии, тогда как на фоне стандартного лечения его снижение внутри группы составило только 36% (p<0,05). Аналогичная динамика наблюдалась и в изменении индекса распространенности и тяжести экземы (Eczema Area and Severity Index – EASI). К завершению терапии у больных, получавших Афобазол, значения исследованных индексов были достоверно ниже, чем после только стандартного лечения: ДИКЖ – на 38%, EASI – на 44%.
Однако продолжительность терапии составила всего 12–15 дней, что свидетельствует о серьезном методологическом просчете исследователей, учитывая доказанную необходимость курсового назначения Афобазола от нескольких недель до нескольких месяцев. Вызывают определенные сомнения и клиническая валидность определения психофизиологических показателей в обеих клинических группах с использованием шкалы реактивной тревожности Спилбергера–Ханина, и, особенно, тест-опросника депрессии Бека, данные которых трактуются с клинических позиций. В таком случае либо авторам необходимо заявить о выявленном антидепрессивном эффекте использованного анксиолитика, либо адекватно пояснить врачам редукцию показателей психологических шкал за счет основного противотревожного действия препарата.
В то же время к безусловным достоинствам работы относятся сравнительная оценка отдаленных результатов на протяжении полутора лет наблюдения (динамика дерматологических индексов, число рецидивов, длительность периода ремиссии), а также определение уровня провоспалительных цитокинов у всех больных изученной выборки по сравнению с группой контроля (n=30) – здоровых добровольцев обоего пола в возрасте от 20 до 55 лет, проживающих в данном регионе.
Более выраженные изменения исследованных показателей провоспалительных цитокинов наблюдались после комплексной терапии с Афобазолом, что позволяет авторам сделать предположение о возможности прямого влияния Афобазола на моноциты у больных экземой, играющие важную роль в воспалительном процессе и продукции цитокинов, подобно его действию на последние in vitro. Авторы развивают научную дискуссию о нарушении функций регуляторных систем организма, к которым относятся нервная, эндокринная и иммунная, постулируя, что эффективная коррекция сдвигов одной из них (в данном случае – нервной) может сопровождаться изменениями аналогичной направленности в других системах вследствие восстановления регуляторного баланса в организме. Исследователи приходят к выводу, что включение в комплексную терапию хронической идиопатической экземы Афобазола способствует более выраженному регрессированию дерматологической симптоматики на фоне коррекции психофизиологических и иммунологических показателей.
К настоящему времени нами накоплен обширный опыт по успешному применению Афобазола при монотерапии неглубоких ипохондрических, невротических и психогенных расстройств тревожного спектра, а также комбинированной терапии тревожно-фобических, соматоформных, тревожно-депрессивных нарушений в дерматологической практике.
5r-1.jpgПервое открытое исследование на выборке 30 пациентов с хроническими дерматозами (псориаз – 10; экзема – 7; атопический дерматит – 4; угревая болезнь – 4; розацеа – 5 наблюдений и коморбидными психогенными тревожными реакциями), проведенное в 2007 г. (И.Ю.Дороженок, М.А.Терентьева) [16] свидетельствовало о высокой эффективности и хорошей переносимости Афобазола. Препарат назначался курсами длительностью 42 дня (6 нед) в форме трехкратного суточного приема независимо от приема пищи. Начальная доза Афобазола составляла 30 мг/сут. При неэффективности стандартной дозировки допускалось увеличение дозы до 60 мг/сут.
Клинический эффект при проведениии терапии Афобазолом отмечался уже к концу 1-й недели и достигал существенной выраженности к середине 2-й недели исследования. По Clinical global impression scale (CGI) клинически значимое улучшение зафиксировано у 22 (73,3%) пациентов (рис. 1).
Сильно выраженное улучшение отмечено у 9 (30%), выраженное улучшение – у 13 (43,3%) пациентов. При этом у 6 (20%) пациентов с нозогенными тревожными реакциями с выявлением социофобий и тревожно-депрессивными нозогенными реакциями, отнесенных к нон-респондерам, также регистрировалось незначительное улучшение состояния.
На момент начала терапии у пациентов изученной выборки средний стартовый балл тревоги по HARS составил 24,7±1,2. По завершении терапии доля респондеров по HARS составила 70% от общего числа пациентов. В 40% случаев для достижения положительного эффекта применялись более высокие дозы препарата – 50–60 мг/сут.
На фоне терапии Афобазолом наряду с редукцией общего уровня тревоги отмечались дезактуализация стрессогенных кататимных переживаний, снижение интенсивности тревожно-ипохондрических опасений, редукция соматовегетативных расстройств. Позитивным терапевтическим фактором явилось постепенно развивающееся мягкое активирующее действие препарата, способствующее нормализации когнитивных функций, нарушенных у изученных пациентов как вследствие тревожных проявлений, так и в результате воздействия антигистаминных средств, входящих во многих случаях в базисную дерматотропную терапию.
У пациентов в ходе исследования отмечалась также положительная динамика со стороны кожного процесса (с 11,3±2,4 балла до и 4,4±1,3 – после лечения по дерматологическому индексу шкалы симптомов; р<0,003), коррелирующая с динамикой показателей шкалы ДИКЖ (с 13,7±3,2 балла до и 3,1±0,4 – после лечения; р<0,003); что проявлялось прежде всего в виде активной редукции воспалительных и соматовегетативных проявлений. Достаточно быстрому регрессу подвергались гиперемия, отечность и везикуляция; более медленному – шелушение и инфильтрация в очагах поражения.
Ни в одном из наблюдений не было зарегистрировано клинически значимых взаимодействий между Афобазолом и дерматотропными средствами, применявшимися у пациентов изученной выборки.
5r-2.jpg
Последующий (2008–2015 гг.) собственный практический опыт использования Афобазола при терапии расстройств тревожного спектра в дерматологической клинике (наряду с традиционным дерматологическим лечением) включает 94 наблюдения (средний возраст 43,3±6,3 года; длительность приема 4–12 нед): псориаз – 17, атопический дерматит – 16; экзема – 14, розацеа – 13, угревая болезнь – 12, красный плоский лишай – 12, себорейный дерматит – 10 наблюдений.
Терапия Афобазолом в стандартной суточной дозировке (30 мг/сут) оказалась эффективной в случаях стрессогенной манифестации кожного процесса, сопряженной с проявлениями когнитивной тревоги (12 наблюдений); резистентного к традиционной терапии течения дерматоза с частыми экзацербациями (7 наблюдений); легкого соматоформного (8 наблюдений) и амплифицированного (6 наблюдений) зуда у пациентов с невропатической соматоперцептивной акцентуацией.
Успешное применение Афобазола в режиме монотерапии (преимущественно в максимальной суточной дозировке 60 мг) отмечалось у пациентов с генерализованным тревожным расстройством (16 наблюдений), коморбидным хроническим дерматозам в отсутствие субсихотической тревоги и развернутых панических атак, когда в клинической картине преобладали жалобы на постоянное внутреннее напряжение, беспокойство, нестойкие ипохондричексие опасения. При необходимости назначения Афобазола пациентам с неразвернутыми паническими пароксизмами в структуре генерализованного тревожного расстройства (8 наблюдений) или инсомнией (5 наблюдений) в течение первых 2 нед (с прицелом на долгосрочный курс лечения) назначалась комбинированная схема с бензодиазепином (по типу «бензодиазепинового мостика») или гипнотиком с последующей монотерапией Афобазолом (рис. 2).
В 14 случаях социофобических нозогений (социальная тревога, ассоциированная с косметическим дефектом, ситуационное избегание у пациентов с тревожным и гистрионным преморбидом) при фациальной локализации кожного процесса наиболее эффективной оказалась комбинация максимальных дозировок Афобазола (40–60 мг/сут) со средними суточными дозировками селективных ингибиторов обратного захвата серотонина – флувоксамин (150–200 мг/сут), пароксетин (20–40 мг/сут), циталопрам (20–40 мг/сут), эсциталопрам (10–20 мг/сут).
При нозогенных тревожно-депрессивных реакциях (гипотимия, плаксивость, раздражительность, нарушения сна, тревожные опасения по поводу исхода заболевания, соматопсихическая гиперестезия, амплифицирующие симптомы дерматоза у пациентов с разной структурой преморбида – 10 наблюдений), провоцированных массивными распространенными островоспалительными полигональными кожными высыпаниями с выраженной гиперемией, отечностью, шелушением, мокнутием, наиболее эффективной терапевтической схемой оказалось применение Афобазола (20–40 мг/сут) в сочетании с агомелатином (25–5 мг на ночь) и антидепрессантами двойного действия – венлафаксин (75–150 мг/сут), милнаципран (50–150 мг/сут).
При выраженных проявлениях кожного органного невроза (8 наблюдений), протекающих с преобладанием тревоги на фоне первичных патологических телесных сенсаций – коэнестезиопатий (изменчивые по локализации, интенсивности и продолжительности ощущения зуда, жжения, тяжести, мурашек, покалывания, онемения, стягивания, распирания в области неповрежденного кожного покрова) Афобазол назначался (20–40 мг/сут) в сочетании с атипичными и «малыми» антипсихотиками, имеющими тропность к патологическим телесным сенсациям разной психопатологической структуры: кветиапин (25–150 мг/сут), сульпирид (50–200 мг/сут), алимемазин (10–20 мг/сут).
Применение Афобазола в режиме комбинированной терапии способствует оптимизации схемы лечения, позволяя (благодаря модулирующему действию препарата) эффективно использовать невысокие дозировки антидепрессантов и антипсихотиков (без риска развития нежелательных эффектов, что крайне важно в условиях общемедицинской сети).

Заключение

Как свидетельствует представленный обзор литературы, Афобазол активно включается в алгоритмы терапии хронических дерматозов благодаря оптимальному для психодерматологии сочетанию эффективности и благоприятного профиля безопасности.
Собственный многолетний клинический опыт показывает, что залогом успешного использования Афобазола в психодерматологии в режиме моно- и комбинированной психофармакотерапии является персонифицированный подход, включающий тонкое дифференцированное построение терапевтических схем в зависимости от четкого определения синдромальной и нозологической структуры коморбидных дерматозам психических расстройств, личностного преморбида и соматоперцептивных акцентуаций, особенностей дерматологического статуса и динамики кожного процесса, фармакологического профиля используемых анксиолитиков, антидепрессантов и антипсихотиков первого ряда (с учетом совместимости в комбинации с Афобазолом с традиционной дерматотропной терапией и переносимости у пациентов с разными формами индивидуальной чувствительности и сопутствующей соматической патологией).

Сведения об авторе
Дороженок Игорь Юрьевич – канд. мед. наук, доц. каф. психиатрии и психосоматики ИПО ГБОУ ВПО Первый МГМУ им. И.М.Сеченова, ст. науч. сотр. ФГБНУ НЦПЗ. E-mail: igordoro@mail.ru
Список исп. литературыСкрыть список
1. Picardi A, Abeni D. Stressful life events and skin diseases: disentangling evidence from myth. Psychoter Psychosom 2001; 70: 118–36.
2. Андрющенко А.В. Распространенность и структура психических расстройств в общей медицине. Психические расстройства в общей медицине. 2011; 1: 14–27. / Andryushchenko A.V. Prevalence and structure of psychiatric disorders in general. Mental Disorders in General Medicine. 2011; 1: 14–27. [in Russian]
3. Смулевич А.Б., Иванов О.Л., Львов А.Н., Дороженок И.Ю. Психодерматологические расстройства. Дерматовенерология. Национальное руководство. Краткое изд. М.: ГЭОТАР-Медицина, 2013; с. 406–13. / Smulevich A.B., Ivanov O.L., L'vov A.N., Dorozhenok I.Iu. Psikhodermatologicheskie rasstroistva. Dermatovenerologiia. Natsional'noe rukovodstvo. Kratkoe izd. M.: GEOTAR-Meditsina, 2013; s. 406–13. [in Russian]
4. Смулевич А.Б., Дороженок И.Ю., Романов Д.В., Львов А.Н. Психопатология психических расстройств в дерматологической клинике (модель психической патологии, ограниченной пространством кожного покрова). Психические расстройства в общей медицине. 2012; 1: 4–14. / Smulevich A.B., Dorozhenok I.U., Romanov D.V., Lvov A.N. Psychopathology of psychiatric disorders in dermatology (model of psychiatric disorders with projection on skin sphere). Mental Disorders in General Medicine. 2012; 1: 4–14. [in Russian]
5. Gieler U, Niemeier V, Kupfer J, Brosig B. Psychophysiological Aspects of Atopic Dermatitis. In: J.Y.M.Koo, C.S.Lee (eds.). Psychocutaneous Medicine. New York: Marcel Dekker, 2003; p. 97–118.
6. Львов А.Н. К вопросу о психосоматических заболеваниях в дерматологии. Психиатрия и психофармакотерапия. 2004; 6 (6): 272–4. / L'vov A.N. K voprosu o psikhosomaticheskikh zabolevaniiakh v dermatologii. Psychiatry and Psychopharmacotherapy. 2004; 6 (6): 272–4. [in Russian]
7. Cash TF. The psychology of physical appearance: Aesthetics, attributes, and images. Body images: Development, deviance and change. New York: Guilford press, 1990; p. 51–79.
8. Gupta MА. Psychiatric сomorbidity in dermatologic disorders. In: C.Walker, L.Papadopoulos. Cambridge University Press: Psychodermatology, 2005; 158: 29–43.
9. Gieler U. Psychodermatology and cosmetic-surgical dermatology a contradiction? J Dtsch Dermatol Ges 2007; 5 (9): 729–34.
10. Колюцкая Е.В. Терапия соматизированной тревоги: опыт применения препарата Афобазол (обзор литературы). Психические расстройства в общей медицине. 2013; 2: 12–5. / Koliutskaia E.V. Terapiia somatizirovannoi trevogi: opyt primeneniia preparata Afobazol (obzor literatury). Mental Disorders in General Medecine. 2013; 2: 12–5. [in Russian]
11. Андрющенко А.В., Романов Д.В. Пром обозор по Афобазолу. 2014. / Andryushchenko A.V., Romanov D.V. Prom obozor po Afobazolu. 2014. [in Russian]
12. Волель Б.А. Спектр применения Афобазола в общемедицинской практике (обзор клинических исследований). Психические расстройства в общей медицине. 2015; 2: 52–60. / Volel B.A. Afobazol in general practice (review of clinical studies). Mental Disorders in General Medicine. 2015; 2: 52–60. [in Russian]
13. Обгольц И.А. Новые подходы к терапии розацеа. Соврем. пробл. дерматовенерологии, иммунологии и врачебной косметологии. 2010; 4: 11–6. / Obgol'ts I.A. Novye podkhody k terapii rozatsea. Sovrem. probl. dermatovenerologii, immunologii i vrachebnoi kosmetologii. 2010; 4: 11–6. [in Russian]
14. Кунгуров Н.В., Филимонкова Н.Н., Чуверова К.А. Комплексная терапия больных вульгарным псориазом, провоцированным стрессовым фактором. Психические расстройства в общей медицине. 2010; 2. / Koungourov N.V., Filimonkova N.N., Chuverova K.A. The combined therapy of psoriasis with trigger stress factor. Mental Disorders in Geberal Medecine. 2010; 2. [in Russian]
15. Тимофеева А.Н., Бобынцев И.И., Силина Л.В. Влияние комплексной терапии с Афобазолом на показатели дерматологического, психофизиологического и иммунного статуса у больных хронической экземой. Успехи соврем. естествознания. 2014; 11 (2): 29–33. / Timofeeva A.N., Bobyntsev I.I., Silina L.V. Vliianie kompleksnoi terapii s Аfobazolom na pokazateli dermatologicheskogo, psikhofiziologicheskogo i immunnogo statusa u bol'nykh khronicheskoi ekzemoi. Uspekhi sovrem. estestvoznaniia. 2014; 11 (2): 29–33. [in Russian]
16. Дороженок И.Ю., Терентьева М.А. Афобазол при терапии тревожных расстройств у больных дерматологического стационара. РМЖ. 2007; 15 (19): 1379–82. / Dorozhenok I.Iu., Terent'eva M.A. Afobazol pri terapii trevozhnykh rasstroistv u bol'nykh dermatologicheskogo statsionara. RMZh. 2007; 15 (19): 1379–82. [in Russian]
Количество просмотров: 589
Предыдущая статьяТиаприд в терапии агрессивного поведения у больных алкоголизмом (обзор литературы)
Следующая статьяПути повышения эффективности терапии тревожных расстройств в клинике нервных болезней

Поделиться ссылкой на выделенное