Психиатрия Всемирная психиатрия
№01 2021

Повышенный риск заражения и смертности от COVID-19 у лиц с психическими расстройствами: анализ электронных медицинских карт в США №01 2021

Номера страниц в выпуске:124-130
Резюме
Высказывались опасения, что лица с психическими расстройствами могут представлять собой группу повышенного риска заражения COVID-19 с более высокой вероятностью неблагоприятных исходов инфекции, но систематических научных данных на этот счет нет. В этом исследовании оценивалось влияние недавнего (в течение прошлого года) диагноза психического расстройства, включая синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), биполярное аффективное расстройство, депрессию и шизофрению, на риск заражения COVID-19 и связанные с ним показатели смертности и госпитализации. Мы проанализировали общенациональную базу данных электронных медицинских карт 61 миллиона взрослых пациентов из 360 больниц и 317 000 организаций, оказывающих медицинские услуги, в 50 штатах США до 29 июля 2020 года. У пациентов с недавним диагнозом психического расстройства риск заражения COVID-19 был достоверно повышен, наиболее сильный эффект наблюдался при депрессии (скорректированное отношение шансов, СОШ=7,64, 95% ДИ: 7,45–7,83, р<0,001) и шизофрении (СОШ=7,34, 95% ДИ: 6,65–8,10, р<0,001). Среди пациентов с недавним диагнозом психического расстройства у афроамериканцев отмечался более высокий риск заражения COVID-19, чем у европеоидов, с наиболее выраженными этническими различиями при депрессии (СОШ=3,78, 95% ДИ: 3,58–3,98, р<0,001). Риск заражения COVID-19 для женщин с психическими расстройствами был выше, чем для мужчины, с наиболее выраженными различиями по полу при СДВГ (СОШ=2,03, 95% ДИ: 1,73–2,39, р<0,001). У пациентов с недавним диагнозом психического расстройства и инфекцией COVID-19 смертность составила 8,5% (против 4,7% среди пациентов с COVID-19 без психического расстройства, р<0,001), а частота госпитализации – 27,4% (против 18,6% среди пациентов с COVID-19 без психического расстройства, р<0,001). Эти результаты показывают, что люди с недавним диагнозом психического расстройства имеют повышенный риск заражения COVID-19, который еще больше увеличивается среди афроамериканцев и женщин, и более высокую частоту некоторых неблагоприятных исходов инфекции. Эти данные подчеркивают необходимость выявления и устранения модифицируемых факторов уязвимости к COVID-19, а также предотвращения задержек в оказании медицинской помощи таким пациентам.


Ключевые слова: COVID-19, психические расстройства, риск заражения, смертность, госпитализация, депрессия, шизофрения, СДВГ, биполярное аффективное расстройство, этнические различия, гендерные различия, доступность медицинской помощи, дискриминация.
Инфекция COVID-19 быстро переросла в глобальную пандемию с более чем 33 миллионами случаев заболевания и одним миллионом смертей во всем мире по состоянию на 30 сентября 2020 г. 1  Социально-экономическая депривация, пожилой возраст и ряд заболеваний связаны с повышенным риском развития тяжелых форм COVID-19 2,3,4,5 .
Психические расстройства отмечаются приблизительно у 20–25% взрослого населения (450 миллионов человек во всем мире, 47 млн в США) 6 , и, вероятно, заболеваемость ими возросла во время пандемии из-за целого ряда факторов 7,8 . Высказывались опасения, что лица с ранее существовавшими психическими расстройствами могут быть группой повышенного риска заражения COVID-19 с худшими исходами инфекции 7,8,9,10 .
Было описано множество факторов, которые могут увеличить риск заражения людей с психическими расстройствами COVID-инфекцией или ухудшить ее исходы. К ним относятся проблемы в оценке информации о здоровье и соблюдении профилактического поведения, ограничение доступности медицинской помощи, отсутствие постоянного места жительства или проживание в условиях, где риск заражения выше 10 , а также более высокая распространенность коморбидных заболеваний, связанных с повышенным риском развития тяжелых форм COVID-19 (таких как сердечно-сосудистые заболевания, рак и хроническая обструктивная болезнь легких). Несмотря на признание этих многочисленных факторов уязвимости, риск заражения COVID-19 и его исходы среди пациентов с психическими расстройствами систематически не изучались.
Этнические различия в психическом здоровье и психиатрической помощи отмечались неоднократно, особенно среди меньшинств в США, таких как афроамериканцы 11,12,13 . Пол также является критическим фактором психического здоровья из-за различающихся возможностей контроля над социально-экономическими детерминантами жизни у мужчин и женщин, а также различной подверженности и восприимчивости к конкретным рискам для психического здоровья 14 .
Данные по населению США в целом, показали, что инфекция COVID-19 непропорционально поражает афроамериканцев и людей с более низким социально-экономическим статусом 15 . Среди мужчин может быть более высокая связанная с COVID смертность, в то время как женщины могут быть более уязвимы к социально-экономическим и эмоциональным последствиям инфекции 16,17,18 .
В этом исследовании мы проанализировали общенациональную базу данных электронных медицинских карт 61 млн взрослых пациентов в США, чтобы оценить влияние недавнего (в течение прошлого года) диагноза психического расстройства, включая такие расстройства, как синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), биполярное аффективное расстройство, депрессия и шизофрения, на риск заражения COVID-19 и связанные с ним показатели смертности и госпитализации. Мы также оценили, как на эти риски влияют этническая принадлежность и пол.

МЕТОДЫ

Дизайн и характеристика выборки

Мы провели исследование случай-контроль, используя деидентифицированные данные электронных медицинских карт, полученных IBM Watson Health Explorys  из 360 больниц и 317 000 организаций, оказывающих медицинские услуги, в 50 штатах США, отражающих информацию о 20% населения США 19 .
Электронные медицинские записи были деидентифицированы в соответствии с законами Health Insurance Portability and Accountability Act и Health Information Technology for Economic and Clinical Health Act , поэтому утверждения институциональным наблюдательным советом не требовалось. После процесса деидентификации данные были нормализованы путем сопоставления ключевых элементов с общепринятыми биомедицинскими терминологиями и стандартами 20 , включая Систематизированную номенклатуру медицинских клинических терминов ( Systematized Nomenclature of Medicine-Clinical Terms – SNOMED-CT ), используемую для кодирования заболеваний 21,22 .
Более 160 опубликованных исследований использовали эту крупномасштабную и стандартизированную базу данных и облачные инструменты Explorys Cohort Discovery informatics  для изучения различных состояний, таких как сердечно-сосудистые заболевания, рак, неврологические заболевания, инфекционные заболевания и расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ 23 . Недавно мы использовали эту базу данных для разработки лекарств 24,25  и для изучения COVID-19 у пациентов с расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ 26 .
В настоящем исследовании статус COVID-19 был основан на концепте «коронавирусная инфекция (расстройство)» (код SNOMED-CT 186747009), в то время как статус психического расстройства был основан на диагнозе «психическое расстройство (расстройство)» (74732009). Статус категории расстройства был основан для СДВГ на диагнозе «синдром дефицита внимания с гиперактивностью (расстройство)» (406506008); для биполярного расстройства – на диагнозе «биполярное расстройство (расстройство)» (13746004); для депрессии – на диагнозе «депрессивное расстройство (расстройство)» (35489007); и для шизофрении – на диагнозе «шизофрения (расстройство)» (58214004). Для получения статуса госпитализации использовалась концепция SNOMED-CT «госпитализация (процедура)» (32485007). Статус «смерть» был основан на индексе смертности социального страхования ( Social Security Death index ), который регулярно импортируется компанией Explorys.
Мы изучили влияние психических расстройств на риск заражения COVID-19 с поправкой на возраст, пол, этническую принадлежность и основные сопутствующие заболевания. В группу «случаев» были включены пациентами с диагнозом психического расстройства; в группу «контролей» – пациенты без психического расстройства; мерой исхода был диагноз COVID-19.
Затем мы изучили, как демографические факторы влияют на риск заражения COVID-19 среди пациентов с психическими расстройствами. В группах «случаев» были пациенты с психическим расстройством и одним из следующих факторов: женщины, пожилые (т. е. >65 лет), афроамериканцы. Группы сравнения состояли из пациентов с психическим расстройством и одним из следующих соответствующих факторов: мужчины, взрослые (то есть от 18 до 65 лет), европеоиды. Мерой исхода был диагноз COVID-19.
Наконец, мы исследовали показатели смертности и госпитализации среди пациентов с инфекцией COVID-19 и психическим расстройством по сравнению с пациентами с инфекцией COVID-19, но без психических расстройств, и с пациентами с психическим расстройством, но без инфекции COVID-19.

Статистический анализ

Скорректированное отношение шансов (СОШ), 95% доверительный интервал (ДИ) и значение р были рассчитаны с использованием метода Кокрана-Мантеля-Хензеля 27 , с контролем по возрастным группам (взрослые, пожилые люди), полу (женщины, мужчины), этнической принадлежности (европеоиды, афроамериканцы) и сопутствующим заболеваниям, таким как рак, сердечно-сосудистые заболевания, диабет 2 типа, ожирение, хронические заболевания почек, хроническая обструктивная болезнь легких, астма и расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ.
Для сравнения результатов использовались двусторонние двухвыборочные тесты на равенство пропорций с поправкой на непрерывность. Статистические тесты проводились со значимостью, установленной при р <0,05 (двусторонняя). Все анализы проводились с использованием R, версия 3.6.3.

РЕЗУЛЬТАТЫ

Характеристики пациентов

Демографические характеристики исследуемой популяции представлены в Таблице 1. Среди 61 783 950 пациентов (возраст ≥18 лет) 11 240 580 в течение жизни выставлялся диагноз психического расстройства (в течение прошлого года или ранее) и 1 307 720 диагноз психического расстройства был выставлен недавно (в течение прошлого года) (диагноз в течение жизни: 18,2%, недавний диагноз: 2,1% исследуемой популяции).
Количество случаев диагнозов, выставленных в течение жизни и недавно, следующее: СДВГ, в течение жизни –
1 030 790, недавно – 99 230 (1,7% и 0,2% исследуемой выборки соответственно); биполярное расстройство, в течение жизни – 930280, недавно – 87 270 (1,5% и 0,1% соответственно); депрессия, в течение жизни – 6 237 350, недавно – 610 710 (10,1% и 1,0% соответственно); шизофрения, в течение жизни – 275 950, недавно 26 510 (0,5% и 0,04% соответственно).
Среди 15 110 пациентов с COVID-19 в базе данных 5450 имели диагноз психического расстройства в течение жизни (в прошлом году или ранее, но до диагноза COVID-19), а 3430 имели недавний диагноз психического расстройства (в прошлом году, но до COVID-19) (в течение жизни: 36,1%, недавний: 22,7% в выборке с COVID-19). В отношении конкретных расстройств в выборке с COVID-19, среди диагнозов как установленных в течение жизни, так и недавно, наиболее частым был диагноз депрессия (в течение жизни: 18,0%, N=2720; недавний: 9,7%, N=1460); затем СДВГ (в течение жизни: 2,7%, N=400; недавний: 1,5%, N=220); биполярное расстройство (в течение жизни: 2,1%, N=310; недавний: 1,2%, N=180); и шизофрения (в течение жизни: 0,8%, N=120; недавний: 0,5%, N=80).

Связь между психическими расстройствами и COVID-19

Пациенты с недавним диагнозом психического расстройства имели достоверно больший риск заражения COVID-19, ч ем пациенты без психических расстройств, учитывая коррекцию по возрасту, полу и этнической принадлежности, с наибольшей силой эффекта для депрессии (СОШ=10,43, 95% ДИ: 10,10-10,76, р <0,001) и шизофрении (СОШ=9,89, 95% ДИ: 8,68-11,26, р <0,001) (Рисунок 1).


Тенденция была аналогичной для пациентов с диагнозом психического расстройства, установленным на протяжении жизни, но значения были ниже (например, СОШ=2,01, 95% ДИ: 1,96–2,06, р <0,001 для депрессии; СОШ=1,48, 95% ДИ: 1,33–1,65, р <0,001 для шизофрении). В остальном мы проводили анализ только среди пациентов с недавним диагнозом.
После коррекции на сопутствующие заболевания (рак, сердечно-сосудистые заболевания, диабет 2 типа, ожирение, хронические заболевания почек, хроническая обструктивная болезнь легких, астма и расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ) в дополнение к возрасту, полу и этнической принадлежности, вероятность заражения COVID-19 среди пациентов с психическими расстройствами снизилась, но оставалась значительной (Рисунок 2). Аналогично, наибольшие значения рисков отмечались для депрессии (СОШ=7,64, 95% ДИ: 7,45–7,83, р <0,001), затем – для шизофрении (СОШ=7,34, 95% ДИ: 6,65-8,10, р <0,001), СДВГ (СОШ=5,82, 95% ДИ: 5,46-6,20, р <0,001) и биполярного расстройства (АОР=5,72, 95% ДИ: 5,35-6,10, р <0,001).

Демографические различия риска заражения COVID-19 среди пациентов с недавним диагнозом психического расстройства

Среди пациентов с недавно диагностированным психическим расстройством афроамериканцы имели более высокий риск развития COVID-19, чем европеоиды, учитывая поправки на возраст, пол и сопутствующие заболевания, с наибольшими этническими различиями для депрессии (СОШ=3,78, 95% ДИ: 3,58-3,98, р <0,001), далее – для шизофрении (СОШ=2,33, 95% ДИ: 1,84-2,97, р <0,001), биполярного расстройства (СОШ=2,23, 95% ДИ: 1,90–2,61, р <0,001) и СДВГ (СОШ=2,00, 95% ДИ: 1,64–2,43, р <0,001) (Рисунок 3).
У женщины с недавним диагнозом психического расстройства был больший риск заражения COVID-19, чем у мужчин, с поправкой на возраст, этническую принадлежность и сопутствующие заболевания, с наибольшими гендерными различиями для СДВГ (СОШ=2,03, 95% ДИ: 1,73–2,39, р <0,001), далее – для шизофрении (СОШ=1,53, 95% ДИ: 1,21-1,94, р <0,001), биполярного расстройства (СОШ=1,34, 95% ДИ: 1,14–1,58, р <0,001) и депрессии (СОШ=1,29, 95% ДИ: 1,22–1,37, р <0,001).

Возраст также оказывал влияние на риск заражения COVID-19 после корректировки на пол, этническую принадлежность и сопутствующие заболевания среди пациентов с недавним диагнозом СДВГ (пациенты старше 65 лет имели более низкий риск, чем пациенты в возрасте 18–65 лет; СОШ=0,19, 95% ДИ: 0,10–0,38, р <0,001) и шизофрении (пациенты старше 65 лет имели более высокий риск, чем пациенты в возрасте 18–65 лет; СОШ=1,74, 95% ДИ: 1,33–2,28, р <0,001) (см. Рисунок 3).

Показатели смертности и госпитализации среди пациентов с COVID-19 с недавно диагностированным психическим расстройством

Смертность среди 15 120 пациентов с COVID-19 составила 5,7%, с более высокими значениями для афроамериканцев (6,2%), чем для европеоидов (3,7%) ( р <0,001), и более высокими для мужчин (6,6%), чем для женщин (3,4%) ( р <0,001).
Среди 3430 взрослых пациентов с COVID-19 и недавним диагнозом психического расстройства 290 умерли (смертность 8,5%). Показатели смертности были примерно одинаковыми для афроамериканцев (8,6%) и европеоидов (8,6%), но более высокими для мужчин (12,5%), чем для женщин (6,7%) ( р <0,001).
Среди 1460 пациентов с COVID-19 и недавним диагнозом депрессии 120 человек умерли (смертность составила 8,2%). Показатели смертности были примерно одинаковыми для афроамериканцев (9,6%) и европеоидов (8,1%), но большими для мужчин (13,9%) в сравнении с женщинами (6,4%) ( р <0,001).
Смертность среди пациентов с недавним диагнозом психического расстройства и COVID-19 (8,5%) была выше, чем среди пациентов с COVID-19, но без психического расстройства (4,7%) ( р <0,001), а также пациентов с психическим расстройством, но без COVID-19 (1,4%) ( р <0,001).
В целом частота госпитализации среди 15 120 пациентов с COVID-19 составила 20,8%, с более высокими значениями для афроамериканцев (27,3%), чем для европеоидов (12,7%) ( р <0,001), и более высокими для мужчин (21,6%), чем для женщин (16,5%) ( р <0,001).
Среди 3430 пациентов с COVID-19 и недавним диагнозом психического расстройства 940 человек были госпитализированы (27,4%). Частота госпитализации была выше среди афроамериканцев (33,6%) по сравнению европеоидами (24,8%), и выше среди мужчин (36,5%) по сравнению с женщинами (23,5%) ( р <0,001).
Среди 1460 пациентов с COVID-19 и недавним диагнозом депрессии 380 человек были госпитализированы (26,0%). Частота госпитализации была выше среди афроамериканцев (32,7%), чем среди европеоидов (23,3%) ( р <0,001), а также выше среди мужчин (33,3%), чем среди женщин (23,6%) ( р <0,001).
В целом частота госпитализации пациентов с недавним диагнозом психического расстройства и COVID-19 (27,4%) была выше, чем среди пациентов с COVID-19, но без психического расстройства (18,6%) ( р <0,001), а также пациентов с психическим расстройством, но без COVID-19 (13,8%) ( р <0,001).

ОБСУЖДЕНИЕ

Основываясь на анализе общенациональной базы данных электронных медицинских карт в США, мы установили, что пациенты с недавним (в течение прошлого года) диагнозом психического расстройства имеют значительно более высокий риск заражения COVID-19 по сравнению с пациентами без психических расстройств, а также больший риск менее благоприятных исходов, о чем свидетельствуют более высокие показатели госпитализации и смертности. Риск заражения COVID-19 среди пациентов с недавним диагнозом психического расстройства еще более высок для афроамериканцев и женщин, хотя показатели смертности и госпитализации выше для мужчин. Эти результаты позволяют определить людей с психическими расстройствами как крайне уязвимую группу к инфекции COVID-19 и ее неблагоприятным исходам, а также подтверждают этнические и гендерные различия, наблюдаемые в целом среди населения.

Различные факторы, вероятно, увеличивают риск заражения COVID-19 и риск менее благоприятных исходов инфекции у людей с психическими расстройствами. У них могут быть сложности с оценкой информации о здоровье и соблюдением профилактических мер 10 . Высокому риску они также подвержены из-за жизненных обстоятельств, так как они могут жить в переполненных больницах или интернатах, или даже в тюрьмах, а это среда, где инфекции могут распространяться быстро 10 . Люди с тяжелыми психическими расстройствами с большей вероятностью находятся в неблагоприятном социально-экономическом положении, что может вынуждать их работать и жить в небезопасных условиях. Отсутствие места жительства и смены жилья могут лишить их возможности изолироваться. Стигматизация может стать преградой к получению медицинской помощи для пациентов, инфицированных COVID-19, или снизить их желание обращаться за медицинской помощью из-за страха дискриминации 28 .
Специфические проявления отдельных психических расстройств могут по-разному влиять на риск. Например, в случае пациентов с СДВГ их невнимательность может привести к более высокому риску из-за того, что они забудут надеть маску или держать социальную дистанцию, в то время как у людей, страдающих депрессией, снижение мотивации может привести к пренебрежению защитными мерами или обращением за медицинской помощью, а у пациента с шизофренией бредовое мышление может способствовать отказу от использования маски. С другой стороны, из-за большей чувствительности к стрессу, которая характерна для пациентов с психическими расстройствами, им будет сложнее справиться с неопределенностью, изоляцией и экономическими трудностями, связанными с пандемией COVID-19, что повышает риск рецидива и обострения заболевания 7,10 .
Люди с психическими расстройствами также подвержены более высокому риску употребления наркотиков и развития расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, чем население в целом. В частности, табакокурение очень распространено среди людей с шизофренией, биполярным расстройством и депрессией по сравнению с населением в целом 29,30 . Более того, курящие пациенты с психическими расстройствами, курят чаще, чем курящие без психических расстройств 31 , что подчеркивает риск развития легочной патологии, делая их более уязвимыми к тяжелой форме COVID-19. Действительно, сообщалось о более высоком риске неблагоприятных исходов, связанных с COVID-19 и курением 32,33 . В недавнем исследовании, основанном на анализе данных электронных медицинских карт, мы установили, что пациенты с табакокурением в недавнем анамнезе имели повышенный риск (СОШ=8,22) заражения COVID-19 26 .
Люди с тяжелыми психическими расстройствами чаще страдают от коморбидных заболеваний, связанных с более высоким риском развития тяжелой формы COVID-19 10 . Согласно проведенному нами анализу, сопутствующие заболевания (рак, сердечно-сосудистые заболевания, ожирение, хронические заболевания почек, астма, хроническая обструктивная болезнь легких, диабет 2 типа и расстройства, связанные с употреблением психоактивных веществ) являются фактором, увеличивающим риск заражения COVID-19 среди пациентов с недавно диагностированным психическим расстройством, о чем свидетельствует снижение риска после поправки на указанные сопутствующие заболевания. Однако даже после этой корректировки риск заражения COVID-19 среди пациентов с недавно диагностированными психическими расстройствами все еще остается повышенным, что указывает на то, что эти расстройства непосредственно влияют на восприимчивость к COVID-19.
Также могут быть вовлечены биологические факторы, общие для психических расстройств и инфекции COVID-19. Примером общего биологического фактора, способствующего развитию различных психических расстройств и COVID-19, является воспаление, которое, по имеющимся данным, играет определенную роль в патогенезе депрессии 34 , шизофрении 35  и биполярного расстройства 36 , а также в системных манифестациях инфекции COVID-19 37 .
Согласно нашему анализу, афроамериканцы с депрессией, биполярным расстройством, шизофренией и СДВГ имели более высокий риск заражения COVID-19, чем европеоиды, даже после коррекции на сопутствующие заболевания, что указывает на то, что социальные, поведенческие факторы и образ жизни также вносят свой вклад в эти этнические различия. Женщины с СДВГ, биполярным расстройством, депрессией и шизофренией имели больший риск заражения COVID-19, хотя и более низкие показатели смертности и госпитализации, чем мужчины, что могло отражать либо больший риск заражения, либо более высокую вероятность прохождения тестирования. Однако социоэкономические факторы способствуют гендерным различиям у здоровых и, вероятно, могли повлиять на гендерные различия в частоте заражения COVID-19. Гораздо больший риск смертельного исхода для мужчин, чем для женщин в целом, и особенно для пациентов с депрессией и инфекцией COVID-19, может также отражать биологические и социоэкономические факторы.
Пациенты с COVID-19 и недавним диагнозом психического расстройства имели больший риск смерти (8,5% против 5,7% для всех пациентов с COVID-19 и 4,7% для пациентов с COVID-19 без недавнего психического расстройства), что, опять же, может быть связано с откладыванием обращений за медицинской помощью, сопутствующими заболеваниями и различными социально-экономическими и связанными с болезнью факторами. Разница в смертности пациентов с COVID-19 с психическими расстройствами по сравнению со всеми пациентами COVID (на 48% выше) аналогична по величине со значением, о котором мы недавно сообщили в отношении пациентов с COVID-19 и расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ (на 45% выше) 26 . Однако в том исследовании, основанном на данных электронных медицинских карт до
15 июня 2020 г., мы сообщали о более высоком уровне смертности от инфекции COVID-19, чем в текущем исследовании, в котором использовались данные до 29 июля 2020 г. (6,6% против 5,7%), что отражает снижение смертности от COVID-19, частично связанное с улучшением возможностей ведения болезни, увеличением объема тестирования и изменением отношения со стороны пациентов 38 .
Данные электронных медицинских карт пациентов могут иметь ограничения при использовании в исследовательских целях, включая ограниченную информацию о временных рядах, социально-экономических факторах и образе жизни 39,40,41 . Кроме того, тестирование на COVID-19 регулярно проводится на выездных пунктах ( pop-up, drive-up sites ), поэтому вполне вероятно, что многие случаи, особенно бессимптомные, не зафиксированы в электронных медицинских картах. В-третьих, результаты этого исследования носят корреляционный, а не причинно-следственный характер, и должны быть подтверждены на основе других баз данных пациентов или выборок.
Несмотря на указанные ограничения, по результатам анализа большой общенациональной базы данных мы выявили повышенный риск заражения COVID-19 среди пациентов с психическими расстройствами, который еще более увеличивался этническими и гендерными различиями, а также более высокий уровень смертности и госпитализации среди пациентов с COVID-19 с недавним диагнозом психического расстройства. Наши результаты позволяют идентифицировать психические расстройства как фактор риска заражения COVID-19 и неблагоприятных исходов данной инфекции, подчеркивая необходимость выявления и устранения модифицируемых факторов и предотвращения задержек в оказании медицинской помощи этой группе пациентов.

БЛАГОДАРНОСТЬ
R. Xu оказывалась поддержка структурами: Eunice Kennedy Shriver National Institute of Child Health & Human Development of the US National Institutes of Health (NIH), US NIH National Institute on Aging, American Cancer Society Research и Clinical and Translational Science Collaborative of Cleveland.

Перевод: Мурашко А.А. (Москва)
Редактура: к.м.н. Федотов И.А. (Рязань)

Wang Q, Xu R, Volkow ND. Increased risk of COVID-19 infection and mortality in people with mental disorders: analysis from electronic health records in the United States. World Psychiatry. 2021;20(1):124-130.

DOI: 10.1002/wps.20806
Список исп. литературыСкрыть список
1. World Health Organization . WHO coronavirus disease (COVID-19) dashboard. https://covid19.who.int.
2. Centers for Disease Control and Prevention . Groups at higher risk for COVID-19 severe illness. https://www.cdc.gov/coronavirus.
3. Richardson S, Hirsch JS, Narasimhan M et al. Presenting characteristics, comorbidities, and outcomes among 5700 patients hospitalized with COVID-19 in the New York City area. JAMA 2020;323:2052-9.
4. Myers LC, Parodi SM, Escobar GJ et al. Characteristics of hospitalized adults with COVID-19 in an integrated health care system in California. JAMA 2020;323:2195-8.
5. Zhou F, Yu T, Du R et al. Clinical course and risk factors for mortality of adult inpatients with COVID-19 in Wuhan, China: a retrospective cohort study. Lancet 2020;395:1054-62.
6. World Health Organization . Mental disorders. https://www.who.int.
7. Adhanom Ghebreyesus T. Addressing mental health needs: an integral part of COVID-19 response. World Psychiatry 2020;19:129-30.
8. Li J, Yang Z, Qiu H et al. Anxiety and depression among general population in China at the peak of the COVID-19 pandemic. World Psychiatry 2020;19:249-50.
9. Yao H, Chen JH, Xu YF. Patients with mental health disorders in the COVID-19 epidemic. Lancet Psychiatry 2020;7:e21.
10. Shinn AK, Viron M. Perspectives on the COVID-19 pandemic and individuals with serious mental illness. J Clin Psychiatry 2020;81:20com13412.
11. McGuire TG, Miranda J. New evidence regarding racial and ethnic disparities in mental health: policy implications. Health Aff 2008;27:393-403.
12. Alegría M, Chatterji P, Wells K et al. Disparity in depression treatment among racial and ethnic minority populations in the United States. Psychiatr Serv 2008;59:1264-72.
13. Alegría M, Falgas-Bague I, Fong H. Engagement of ethnic minorities in mental health care. World Psychiatry 2020;19:35-6.
14. World Health Organization . Gender and women’s mental health. Geneva: World Health Organization, 2020.
15. Yancy CW. COVID-19 and African Americans. JAMA 2020;323:1891-2.
16. Burki T. The indirect impact of COVID-19 on women. Lancet Infect Dis 2020;20:904-5.
17. The Lancet. The gendered dimensions of COVID-19. Lancet 2020;395:1168.
18. United Nations. The impact of COVID-19 on women. https://www.unwomen.org.
19. International Business Machines (IBM). Explorys EHR solutions. https://www.ibm.com.
20. Bodenreider O. The unified medical language system (UMLS): integrating biomedical terminology. Nucleic Acids Res 2004;32:D267-70.
21. SNOMED International . The systematized nomenclature of medicine – clinical terms (SNOMED CT). http://www.snomed.org.
22. Kaelber DC, Foster W, Gilder J et al. Patient characteristics associated with venous thromboembolic events: a cohort study using pooled electronic health record data. J Am Med Inform Assoc 2012;19:965-72.
23. International Business Machines (IBM). IBM Explorys EHR database bibliography categorized by therapeutic area. https://www.ibm.com.
24. Zhou M, Xu R, Kaelber DC et al. Tumor necrosis factor (TNF) blocking agents are associated with lower risk for Alzheimer’s disease in patients with rheumatoid arthritis and psoriasis. PLoS One 2020;15:e0229819.
25. Zhou M, Zheng CL, Xu R. Combining phenome-driven drug target prediction with patients? Electronic health records-based clinical corroboration towards drug discovery. Bioinformatics 2020;36(Suppl. 1):i436-44.
26. Wang Q, Kaelber D, Xu R et al. COVID-19 risk and outcomes in patients with substance use disorders: analyses from electronic health records in the United States. Mol Psychiatry (in press).
27. Kuritz SJ, Landis JR, Koch GG. A general overview of Mantel-Haenszel methods: applications and recent developments. Annu Rev Public Health 1988;9:123-60.
28. Wasserman D, Iouse M, Wuestefeld A et al. Adaptation of evidence-based suicide prevention strategies during and after the COVID-19 pandemic. World Psychiatry 2020;19:294-306.
29. Dickerson F, Schroeder J, Katsafanas E et al. Cigarette smoking by patients with serious mental illness, 1999-2016: an increasing disparity. Psychiatr Serv 2018;69:147-53.
30. Weinberger AH, Kashan RS, Shpigel DM et al. Depression and cigarette smoking behavior: a critical review of population-based studies. Am J Drug Alcohol Abuse 2017;43:416-31.
31. Prochaska JJ, Das S, Young-Wolff KC. Smoking, mental illness, and public health. Annu Rev Public Health 2017;38:165-85.
32. Vardavas CI, Nikitara K. COVID-19 and smoking: a systematic review of the evidence. Tob Induc Dis 2020;18:20.
33. Patanavanich R, Glantz SA. Smoking is associated with COVID-19 progression: a meta-analysis. Nicotine Tob Res 2020;22:1653-6.
34. Beurel E, Toups M, Nemeroff CB. The bidirectional relationship of depression and inflammation: double trouble. Neuron 2020;107:234-56.
35. Müller N. Inflammation in schizophrenia: pathogenetic aspects and therapeutic considerations. Schizophr Bull 2018;44:973-82.
36. Benedetti F, Aggio V, Pratesi ML et al. Neuroinflammation in bipolar depression. Front Psychiatry 2020;11:71.
37. Steardo L Jr, Steardo L, Verkhratsky A. Psychiatric face of COVID-19. Transl Psychiatry 2020;10:261.
38. Centers for Disease Control and Prevention . COVIDView. A weekly surveillance summary of U.S. COVID-19 activity. https://www.cdc.gov.
39. Cowie MR, Blomster JI, Curtis LH et al. Electronic health records to facilitate clinical research. Clin Res Cardiol 2017;106:1-9.
40. Coorevits P, Sundgren M, Klein GO et al. Electronic health records: new opportunities for clinical research. J Intern Med 2013;274:547-60.
41. Ahmad FS, Chan C, Rosenman MB et al. Validity of cardiovascular data from electronic sources: the Multi-Ethnic Study of Atherosclerosis and HealthLNK. Circulation 2017;136:1207-16.
Количество просмотров: 286
Предыдущая статьяПсихологические процессы, опосредующие связь между травмой развития и специфическими психотическими симптомами у взрослых: систематический обзор и метаанализ
Следующая статьяПроблемы в сфере оказания психиатрической помощи беженцам: глобальная перспектива
Прямой эфир